Овод слез с кушетки и выпрямился. Его левый рукав болтался пустым.
— Я же сказал тебе. Я всего-то хочу, чтобы меня оставили одного, никого не видеть и не слышать. Если бы я хотел роиться, я бы назвался Пчелой, а не Оводом. Хочешь сделать мне приятное? Уходи! — Он повернулся, словно хотел уйти.
Радгар сел на влажную траву и облокотился на колени.
— Я собирался попросить тебя стать моим drhytguma.
Овод застыл.
— Кем-кем?
— Сватом. Дружкой жениха.
Реакция на эти слова напомнила старого Овода, пропавшего Овода.
Он резко повернулся, широко раскрыв глаза.
— Ты? Женишься? Быстро же ты, однако!
Радгар пожал плечами.
— Политика… Когда начнется первый фейринг против Шивиаля, мне придется возглавить его. Я должен доказать, что я сын своего отца. Все витаны сошлись на том, то прежде мне надо зачать наследника. Собственно, они почти открыто сказали мне, что не отпустят меня, пока я не сделаю этого.
— Ее хоть зовут как-то? — спросил Овод, явно заинтересованный всем этим. — Где ты ее нашел?
— Ее зовут Кульфре, она старшая дочь покойного эрла Эйфельнота, так что она из Нюрпингов.
Это удачный брак — у нее двое младших братьев, которые станут первыми претендентами на трон королевской крови, насчет которых мне придется беспокоиться, но они вряд ли бросят вызов, если их сестра будет королевой. Это может, конечно, и не сработать, но теория такова. Мне сказали, что у нее очень добрый нрав и что она хороша собой.
Ему бы сказали это, даже если бы у нее были три глаза и борода. Подобная перспектива пугала его столь же сильно, как если бы ему пришлось снова биться с фюрдраком.
Еще два дня…
— Гм, — сказал Овод, и лицо его приняло донельзя циничное выражение. — А что думает леди Кульфре насчет возможности стать политической пешкой и племенной кобылой? Будьте так добры, одного жеребенка прямо сейчас! Ты хоть подумал спросить ее саму?
На этот раз Радгар почувствовал, что заливается краской. Королю нужно научиться держаться более невозмутимо.
— Да, подумал. Мы с Сеольмундом выбрали ее как наиболее приемлемую кандидатуру, и я написал ей личное письмо.
Я объяснил ситуацию и спросил, интересует ли ее это. Я подчеркнул, что решение целиком за ней, и, что если ее не устраивают условия, об этом просто не будут говорить.
— Ну и?
— Ее четырнадцатилетний брат написал мне, что его сестра будет счастлива стать женой короля и что он полностью одобряет этот брак, исходя из названных условий… и так далее.
Мгновение казалось, что Овод улыбнется.
