— Он помолчал, ожидая замечаний со стороны короля, но их не последовало.
Нам объявили о том, что мирный договор подписан, а потом над Бельмарком сгустился туман. Похоже, в мирное время он никого не интересовал. Насколько я помню, у нас в классах о нем упоминали раз или два. Кстати, мой дядя все еще правит? — задумчиво спросил Рейдер.
Амброз кивнул.
— Мои источники утверждают, что он правит хорошо. Кто-то пытался бросить ему вызов вскоре после смерти твоего отца, но муут поддержал твоего дядю всеми голосами. Похоже, его положение прочно.
В стране мир.
— Только один вызов? Я его недооценил. Впрочем, если бы у него не было способностей, отец бы не терпел его рядом. Вот и весь мой рассказ, сир."
"Наступила тишина. Овод тоже потерял всех родных при пожаре, но ему не довелось видеть отца с перерезанным горлом. Ему не пришлось идти сквозь пекло с горящей на теле одеждой. Принц в роли Щенка… это объясняло те истории о том, как Рейдер получил свое имя, — теперь над ними можно было и посмеяться, но которые вовсе не казались смешными тогда, когда Рейдеру приходилось драться по дюжине раз на дню, ведя в одиночку войну против всех.
— Впечатляющая история, — признал король. — Ты незаурядный молодой человек… племянник.
— Спасибо, сир.
Молодец, Рейдер! Он принят в королевскую семью как почти что равный. Что он будет делать дальше? Вернется домой и попытается отобрать трон у дяди? Попытается обнаружить, кто же убил его родителей? Он не раз и не два говорил сегодня ночью о кровной вражде.
Плевать. Интереснее, что будет с Оводом, который оскорбил своего короля и никогда теперь не будет сэром Оводом? Самое смешное во всем этом — это то, что он наивно верил, будто сможет помочь Рейдеру, что бы тот ни задумал.
Ему и в голову не приходило, что судьба Рейдера пролегла в дикий Бельмарк. Кстати, что там вообще может сделать мальчишка со шпагой — один среди варваров? Осмелится ли он вообще хотя бы выхватить ее? У Клинков не существует проблем с храбростью — их толкают в бой Узы. Но Овод никогда не станет Клинком.
Даже если Амброз отпустит его, а не бросит в тюрьму, в Бельмарке он будет чужаком, иностранцем, возможно, даже боящимся встречаться лицом к лицу с любым злобным бельцем — какая уж тут от него помощь Рейдеру…
— Родни Кэндльфрен умер прошлой зимой, — сказал король.
— Я слышал, сир. Мы с ним встречались только раз, и то совсем недолго, — и был невысокого о нем мнения. — Даже в самые трудные времена Рейдер не искал помощи у своих шивиальских родственников.
