Я словно слышу жужжание. Скорее это вы могли бы мне объяснить, как это происходит.
Жужжание?
— Были на этот счет какие-то записи в архивах… Но я отвергаю любые намеки на то, что этот меч мог каким-либо образом угрожать его…
— Любой меч может угрожать ему, попади он не в те руки, — заметил Хоэр. — Вам положено подавать нам, малолеткам, хороший пример. Положи этот колун куда-нибудь в безопасное место.
Жанвир направился к двери, на ходу разглядывая надпись на клинке.
— Почему «Злюка»?
— Почему бы и нет? — буркнул Великий Магистр.
Видеть свой меч в руках другого человека оказалось непривычным и на редкость неприятным ощущением. Злюка принадлежал ему, и он не расставался с мечом вот уже почти тридцать лет.
Хлопнула дверь внизу лестницы. Хоэр бросился к Жанвиру и вытолкал его из комнаты вместе со Злюкой и всем прочим. Потом закрыл дверь в коридор и прислонился к ней спиной — лицо его вдруг утратило всякое выражение. Ступени скрипели под тяжестью шагов..
5
Король поднырнул под дверную притолоку, едва не зацепив за нее широкополой шляпой с пером, и остановился.
Ростом он превосходил всех до единого Клинков и со времени своего последнего приезда сделался еще крупнее. Нынешняя мода вообще превращала его в великана: пухлые рукава с разрезами, красно-зеленая стеганая куртка нараспашку — чтобы выставить напоказ синий шелковый жилет, ноги в зеленых с золотом чулках и зеленые башмаки. В пышной каштановой бороде мелькали кое-где серебряные искры, однако хватка, с которой Амброз IV из династии Ранульфов держал Шивиаль, за восемь лет его правления не ослабела ни на каплю.
Янтарные глаза подозрительно поблескивали из-под складок жира.
Он ответил на поклон Великого Магистра легким кивком и невнятно буркнул что-то. Стоило ему расстегнуть свой забрызганный дорожной грязью плащ, как за спиной его неслышно материализовался Монпурс и снял плащ с августейших плеч. Сделав это, коммандер повернулся было, чтобы повесить его на вешалку, однако, въезжая в этот кабинет, Великий Магистр как-то не смог взять в толк, зачем здесь вешалка, и повесил на ее место свою любимую акварель.
Монпурс недоуменно улыбнулся и повесил плащ на спинку кресла. Светловолосый, с гладкой, как у ребенка, кожей, он, казалось, не постарел ни на день с той ночи, когда прошел Узы. Духи! Это ведь было вскоре после того, как Великий Магистр вернулся в Айронхолл… Неужели почти пятнадцать лет назад?
Коммандер закрыл за собой дверь и занял позицию перед ней.
