— Но ей была противна мысль стать женой этого древнего грязного герцога! — возмутился Джерард.
— Верно, изрядная часть позора лежит и на вашем короле. Мой сын поступил сегодня как варвар, а как насчет вас, мастер Джерард? Вы говорите женщине, что любите ее, а потом продаете?
Они обогнули край парковой ограды и увидели впереди флотилию — восемь длинных судов, ошвартовавшихся у берега Уортля. Драккары в самом сердце мирного Шивиаля казались выходцами из кошмарного сна.
— Вовсе нет! То, что я сделал, я сделал ради ее же счастья! Прежде у нее не было выбора.
Я нашел ей лучшего мужа, вот и все.
— Кто дал вам право выбирать за нее? Почему вы не позволили решать ей самой? Да, вы могли! Вы могли еще сегодня утром сказать ей, что должно произойти. Она могла бежать или остаться — по своему усмотрению. Она могла ждать появления кораблей в устье реки — но это не произвело бы такого впечатления, не так ли? Это бы лишило всех драмы, романтики: надо же, прекрасный главарь пиратов появляется в последний момент, чтобы спасти девицу королевских кровей от старого распутного аристократа под самым носом у наследного принца! О нет! Не думаю, чтобы вы сделали это ради Шарлотты.
Вы хотели стать маленьким серым пауком. Ваши амбиции не делают вам чести.
Несправедливость!
— Он втрое моложе этого старого дегенерата. Он предлагает ей более высокий титул, возможно, большую власть. Шарлотта привыкнет и будет счастлива с ним, как вы привыкли и полюбили его отца. Я подарил ей лучшее будущее.
— Теперь, когда напряжение отпустило его, он начал трястись; впрочем, его собственное будущее представлялось также восхитительно светлым.
— Конечно, мы, глупые женщины, полюбим любого, кто греет нам постель, не так ли? — вздохнула королева Мод. — Зачем мозги тому, у кого есть пинтель? Я слыхала, как даже слепцы смеются. Даже калеки могут научиться быть снова счастливыми. Но Шарлотта могла бы быть счастливее в той постели, что выбрала бы она сама, мастер Джерард. Тому, что вы сделали, нет прощения.
К счастью, я не вижу в этом никакой прибыли для вас.
Процессия подошла уже к «Греггосу», борт которого сокрушил красивый розовый куст. Шарлотта остановилась и оглянулась назад.
— Боюсь, твоя семья предпочла не провожать тебя, госпожа, — заметил Эйлед.
— А ты верил, что они пойдут?
Он мотнул головой, удивленно всматриваясь в ее лицо.
— Не слишком. Тем более благодарен я тебе за то, что ты приняла мое предложение. Твоя отвага поражает меня.
