Я тряхнула волосами, выгоняя из головы тяжелые мысли, и открыла дверь, ведущую в библиотеку. Сделала пару шагов. Поморгала растерянно: внутри кто-то был.
Кто-то весьма определенный, кого я тут застать совершенно – Варх свидетель! – не ожидала. Это и со спины, обтянутой серой шелковистой тканью, было понятно.
Кольт водил в воздухе пальцами, чертя перед собой горящие золотом символы. Мощные плечи были напряжены, темные волосы чуть колыхались от дуновения чар…
Его магия была красивой, гипнотизирующей. Очень сильной и невероятно опасной.
Это я поняла за секунду до того, как символы вспыхнули ярче, собрались в тугой комок и разорвались, залив светом всю библиотеку. Варх меня прибери!
Я ойкнула, сделала шаг назад, но было поздно. Убийственная волна меня настигла, смела с ног и отшвырнула в дверной косяк.
Сияние всей своей разрушительной мощью забралось внутрь. В самую голову. Разразилось гудящим звоном, сдавило виски. Ослепило изнутри мучительной вспышкой.
А потом пришла темнота.
***
Чья-то горячая пятерня грела кожу, держа на весу мою голову.
И я, видно, так до конца и не очухавшись и возомнив себя одомашненной каффой, потерлась об нее щекой. Надо мной кто-то недовольно запыхтел, и в уши пробралось хриплое ворчание:
– Я забыл о вашем существовании, мисс Эштон.
Отрезвляюще, да. Как корыто ледяной воды в жаркий полдень. И немного обидно. Абсолютно в стиле Кольта.
– Какого гхарра недобитого вы тут прохаживались? – продолжал возмущаться обладатель хриплого голоса, сгребая меня в охапку и отрывая от пола.
В памяти яркими пятнами всколыхнулись воспоминания. Золотая вязь символов, напряженная спина, взрыв… Вспышка. И боль, очень много боли, разрывающей голову на запчасти.
Сколько же в нем силы? Невероятно… невозможно.
Я приоткрыла глаза и уперлась взглядом в заросший щетиной подбородок. Чуть выше размеренно сопел знакомый нос.
Поерзала. Обнаружила себя плотно обнятой со всех сторон. И полулежащей на чужих коленях!
Сам Кольт сидел на ковре, опираясь о стенку шкафа.
Хмурый и недовольный, как грикх, всю ночь летавший над Трисольской пустошью, но так и не поймавший добычу.
Распахнув глаза в священном ужасе, я торопливо сползла с его колен и скатилась на ковер. Зачем он затащил меня на себя? Второй раз за вархово утро! Что за «инвесторские» замашки? Или он привык всех тарлинских простачек, попадающихся под руку, сажать к себе на колени?
– Слишком много мыслей, мисс Эштон. Даже у меня уже болит голова, – пожаловался Кольт.
