Он не умел выглядеть серьезным, как ни пытался. – Я вложил почти все средства в важное дело. В мой свадебный подарок. Тебе.
– Адам! Не шути так…
– Ну и мне самому. Я внес крупную сумму в строительство кое-какого здания, – он поиграл бровью в туманном намеке. – Ты же не думала, что я до старости намерен жить под одной крышей с Терезой и опекуном? К зиме мы переберемся в собственные хоромы.
– Дом?! – восторженно вскрикнула на всю гавань. – Варх Всемогущий… Наш? С садом, лужайкой и…"
"– Стой, стой, Велисофья.
Не только наш и без сада, но… Гораздо лучше.
– Что может быть лучше своего дома с садом?
Хотя один факт того, что не придется до конца своих дней жить под крышей с Кольтом, взрывал грудь радужным оптимизмом.
– «Импариал»! – гордо произнес парень, и я озадаченно помотала головой. – Ну, брось, малышка, ты что, не читаешь «Вестник»?
– Крайне редко.
– Башня, что должна крышей задеть сам Звездносвод! В центре Хитаны, с видом на королевский двор! – восторженно просветил меня парень.
– Наверху – причал для воздушных судов. Можно перемещаться в Либтоун и обратно, не выходя на улицу. Внизу магический театр и музыкальный ресторан… Словом, Соф, это не дом. Это мечта!
– Чья, Адам? – резонно уточнила, стараясь не выдавать паники. Башня? В столице? Чепуха какая-то.
– Только представителям древних магических родов был дан шанс выкупить квартиру еще на этапе строительства… Я выбрал восемьдесят пятый этаж. Ты же не боишься высоты?
– Ты правда думаешь, что сможешь оттуда разглядеть королевский двор? – я обреченно оперлась лопатками о деревянный борт.
Похоже, Адам решил отобрать хлеб у мисс Мэтьюз-Грейс и самолично следить за королевской юбкой. Не удивлюсь, если уже зачарованный бинокль купил. – И что такое квартира?
– «Вестник» уверяет, что это наше будущее. В Хавране все так живут – в домах, задевающих крышами небо…
– И сколько же в башне таких квартир?
– О, сотни! А может, тысячи… Совсем скоро ты сможешь говорить подружкам, что живешь в столице, в «Импариале»! Ты разве не об этом мечтала?
Адам выглядел восторженным детенышем вирры, беззубым пока еще и несмышленым, а потому радующимся новому дню, солнцу и каплям росы… Не хотелось омрачать его поездку и признаваться, что жизнь в столице – последнее, о чем я мечтала.
Если мне так дурнеет на Тарлинской площади, то что будет на Королевской?
Но сколько раз повторял мэтр Сайлэ, что роль женщины в эрренском обществе – следовать за своим мужем.
