Что еще этого гхарра парнокопытного не устраивает?
– Даже так? Софи… Что за старомодные причуды?
– Пытаетесь пристыдить меня невинностью? – я даже не сильно удивилась: заявление вполне в стиле «несносного Грега». – Вы точно ничем не ударились там, в портале? То, что я никем не испорчена…
– Глупые предрассудки – считать опытных девушек испорченными, – этот гад сощурился и властно опустил свои ручищи на перила, по обе стороны от меня. – Поверьте, с ними гораздо веселее. А вот на ваш счет я очень сомневаюсь, мисс Эштон.
– Какое счастье, что меня совершенно не волнует ваше мнение на этот счет!
Мир потихоньку сходил с ума. Голова закружилась от нелепости происходящего. Этот несносный тип откровенно сравнивал меня с девицами Темоны… причем не в мою пользу!
Стоял так близко, что своим горделивым носом едва не задевал мой. Упирался лапами в перила, ограничивая меня в движениях. Ограждая от остального мира, звучащего музыкой и голосами за пределами укромной беседки. И из-за этого все внутри нездорово, бессовестно сжималось, окатывая тело то жаром, то ознобом.
– Откуда вы узнаете, подходите ли друг другу в постели, если ни разу не попробовали? – вкрадчиво спросил гад, склонившись к самым губам.
Его горячее дыхание защекотало, обожгло. Я замерла затравленным зверьком, околдованным гипнотическим взглядом анжарского змея. Даже дернуться не могла, зажатая в капкане между двух каменных рук.
Я растерялась. Не нашлась с ответом. Да и требовался ли он Кольту?
Он мог устраивать экзамены в партэлях сколько ему угодно, тестируя девушек Темоны на «совместимость».
Но разве можно руководствоваться количеством мурашек в выборе партнера на всю жизнь? Это брак, а не вархово развлечение!
Вот тот же Кольт может быть сколь угодно умел. Да, пускай от его роскошных поцелуев остается хмельное послевкусие. Но способен ли этот невозможный человек хоть кому-то принести счастье? Да даже себе самому?
Если он вздумает меня еще раз поцеловать!.. От этой мысли грудь защекотало нелепым предвкушением, но я погнала прочь странные новые ощущения.
Нет, укушу. Ударю. Закричу!
Непременно что-нибудь сделаю!
– А вот кричать не нужно, – хрипло рассмеялся он и убрал руки с перил. Покосился на Звездносвод. Кивнул своим мыслям. – Начинается.
Небо над нами разорвало грохотом, и на окружавшие беседку кусты хлынул дождь. Музыка тут же стихла, оборвавшись на половине ноты.
За стеной из растений началась суматоха.
