Заставлял ее шаг за шагом отступать дальше по коридору, прижимаясь спиной к переборке, фактически размазываясь по ней, цепляясь за нее руками и чувствуя прохладный пластик под ладонями.
— Господин фен Драм? Что с вами? — испуганно пискнула Шанель.
Таким жутким, диким и… без малейшего признака рассудка в глазах она видела его впервые. Да она даже представить себе не могла, что кто-то вообще может выглядеть подобным образом.
— Не называй меня так! — глухо рыкнул мужчина в ответ.
Шанель сделала еще шажок, и на миг ей показалось, что она куда-то провалилась.
Оказалось — в открывшийся дверной проем очередной каюты, как выяснилось спустя мгновение, принадлежащей Кайрену, потому что в его пальцах мелькнула карточка. Упасть Шанель не дали мужские руки, чудом подхватившие ее. Только вот слова благодарности так и не успели сорваться с ее губ — дверь вновь с шорохом закрылась, отрезая путь к отступлению и оставляя наедине со зверем, в которого сейчас превратился фен Драм.
— Кайрен, послушайте меня, вам плохо! Наверняка вы заболели.
Отпустите меня, я схожу за…
Мужчина прижал ее к себе так сильно, что буквально вдавил в свое тело. Уткнулся носом в ткань на голове и шумно вдохнул. Шанель в ужасе оцепенела, не зная, как реагировать и чувствуя, как его ладони по-хозяйски скользят по спине, изучают и еще сильнее прижимают ее к мужскому телу.
Она попыталась закричать, но горло перехватило от ужаса, и она издала лишь придушенный хрип. Хотела оттолкнуть его — не удалось, не стоило даже трепыхаться в стальном захвате.
Паника накрыла Шанель с головой: не такого она ждала от Кайрена. Не таких действий… не всего этого. Она мечтала, чтобы было, как у мамы… на балу, при всех ей открыли бы глаза на мир и подарили сафины как честь Высокого Дома ее будущего хозяина. Но не так…
Кайрен, удерживая ее одной рукой, второй сорвал вуаль, и сафины, жалобно тренькнув, покатились по полу. А он между тем довольно проурчал, словно животное:
— Я так и знал.
Красивая…
— Кайрен, Кайрен, отпустите меня сейчас же, так нельзя, вы не понимаете…
— Не называй меня этим именем… сейчас, женщина! — прервал он ее жалкие попытки докричаться до него."
"Сафри постигла та же участь, что и сафины с вуалью. Шанель резко крутанули и содрали плащ. А потом толкнули к большому дивану из красной кожи.
— Не надо, отпустите меня, пожалуйста. Вы же не знаете, нам нельзя. Вы убьете меня… — заплакала Шанель, сжимая платье на груди.
