— Да, — кивает. Смотрит на меня, хмурится.
Мой муж не особо горит желанием продолжить обсуждение. Но мне плевать! Я хочу знать правду!
— Почему он так поступает? — решаю задать самый важный вопрос. — Я же знаю, что Матвей любит Светку. Это же видно невооруженным глазом!
— Поверь, на то есть причины, — заверяет печально. — Мэту тоже сейчас нелегко, — прижимает меня к себе, целует в висок. — Давай не будем об этом, хорошо? — просит. — Они взрослые люди, пусть разбираются сами. Мы со своей стороны можем лишь поддерживать каждого из них.
— Хорошо, — соглашаюсь с любимым. Все же он прав, Света и Матвей должны сами решить свои проблемы. Мы им не помощники.
— Расскажешь, как прошел ваш день? — интересуется с хитринкой в глазах.
— Не-а, — игриво отвечаю ему. Губы Рафаэля расплываются в лукавой ухмылке.
— Будешь плохой девочкой? — спрашивает низким грудным голосом. Мурчащие нотки вызывают мурашки по коже, они пробегают по телу, добираются до самых интимных мест.
— Буду твоей плохой девочкой, — делаю акцент на слове ""твоей"".
Приподнимают на локтях, тянусь к Рафаэлю, касаюсь его губ своими. Мир застывает."
"Мы не дышим. Замерли. Наслаждаемся невероятным моментом единения и счастья.
— Люблю тебя, — шепчу в его губы.
— Я тебя больше, — шепчет в ответ, накрывает мой затылок своей рукой, фиксирует голову и… нас уносит в водоворот чистейшего наслаждения.
Перекидываю ногу через своего мужчину, сажусь на него сверху. Мы ни на секунду не отрываемся друг от друга. Нам хорошо.
— Стоп! Юль! — резко прерывает свои ласки любимый.
— Что такое? — хмурюсь. Не понимаю его испуга.
— У меня живот мокрый, — смотрит вниз.
И правда… Между моих бедер лужа из прозрачной жидкости. Догадка стрелой простреливает мозг.
— Воды отошли! — произносим с ним одновременно. На секунду каждого из нас парализовал шок.
— Одевайся! Быстрее! — первым приходит в себя Рафаэль. А я не могу. Мне очень и очень больно.
Громкий стон вырывается из груди. Новый виток боли скручивает чуть ли не пополам. Засекаю секунды.
Дышу так, как учили на курсах. Отпускает. Смотрю на часы. Между схватками меньше двух минут. Рафаэлю придется принимать роды здесь. До роддома при всем желании довести он меня не успеет.
— Раф, — зову мужа, в его глазах паника и огонь. — Звони акушерам. Будешь роды принимать. Сам.
Это все, что успеваю сказать. Меня вновь скручивает очередной виток боли. Схватки переходят в потуги. Мне не до разговоров. И не до вразумления охреневшего от шока мужа.
