— Как уволилась? — не понял он, выслушав ответ в третий раз и медленно выпрямляясь в кресле в своем современном кабинете.
Давид шумно выдыхает, чувствуя, что паника втекает в тело, как яд. Потом еще раз. Прикрыв глаза, он старается не волноваться.
Найдет. В конце концов, далеко она уйти не могла. Может быть, нашла работу в клинике или пусть даже уехала в другой город. Не важно. Дело пары дней и навыков хакера.
Неужели испугалась? Неужели Давид неправильно понял ее тело и чувственную сущность?
Он находил истинную сабу только однажды, но она давно принадлежала другому.
Скорее всего, она уже свободна. Марисса из Лондона.
Но желания забирать чужую истинную у него не было. Если он упустит и эту…
— Когда? — спрашивает он спокойнее, сдирая галстук и быстро набирая на селекторе номер главы своей безопасности. Димы.
— Буквально пару дней назад, — отвечают в трубке, пока на заднем фоне шумят голоса. — Так быстро. Мы даже удивились, что ее отпустили, учитывая…
— Да, Давид Маркович, — ответили с другой стороны, и он прослушал ответ медсестры.
Впрочем, ему это было не интересно, и, извинившись, он бросил трубку.
«Значит, два дня. Ждала два дня и слиняла, — думает Давид, дрожащей рукой проведя по темным, чуть вьющимся волосам. — Куда только?»
— Солодова, медсестра, нужен адрес, — бросил он Диме и, отключив связь, поднялся и подошел к окну."
"Город, раскинувшийся перед ним как море, скрывал девчонку. Но он найдет свою жемчужину, даже если для этого придется перевернуть каждую раковину, сожрать всю рыбу.
Он не привык отступать. Он привык получать то, что ему было нужно. На данный момент только адрес.
Он не хотел знать остального. Ему было важно ее тело и подчинение, а не мысли. Если честно, он боялся, что ее возможная глупость отвратит его. Он не терпел тупых людей. Он в принципе с трудом переносил общество. Так и с Солодовой.
Как часто, встречая человека, чувствуя страсть, мы разочаровываемся в нем из-за мелочи.
Он боялся перестать чувствовать то острое предвкушение, которое раздирало на части и приносило удовольствие.
Эйфорию только от мысли, как он будет учить свою сабу, как вместе с ней будет открывать все способы чувственного секса. Секса на грани боли. Боли на грани наслаждения.
Дима перезванивает через пять минут, за которые Давид стискивает свой член, ярко представив все, что будет делать с этой малышкой.
Она такая миниатюрная, так похожа на фарфоровую куклу, которые когда-то дарил настоящий отец матери.
Глава 16.
