— Хорошая девочка, — гладит Давид спину так же нежно как трется стальной головкой о ягодицу, разнося приятные покалывания нервных окончаний и нажимает. — Прогнись сильнее.
Заостренный конец упирается в анальное отверстие и дыхание замирает.
Я усилием воли подавляю воспоминания об изнасилование, зная, что анальный секс может приносить не только боль.
— Не томи, — говорит он, рукой коснувшись влажных лепестков ниже, другой выдавливает из банки смазку мне на пальцы возле розовой дырочки и… все.
И чуть напрягаясь, я, наконец чувствую, как мягко входит пробка, и вскрикиваю, когда Давид обхватывает мою шею моими же волосами, в лоно упирается членом.
— Боже, Давид, это…
— Безумие. Ты мое безумие Майя, — слышу его вкрадчивый голос и с криком выгибаюсь, чувствуя, как одним движением в меня толкается член. Растягивает нутро, заполняет пространство и давит на стенку, за которой елозит скользкая пробка.
У-у сука, как же хорошо.
Давид за спиной, не двигается.
— Так чертовски узко, — рычит он и вдруг, поднимает сильными руками меня над полом, раздвигает ноги широко, и прижимает к кафельной влажной стене в шпагате.
— Держись, — поднимает он одной рукой мою ладонь и заставляет зацепиться за поручень вверху. Боже, откуда это?
Уже еложу задницей, хочу его движения внутри, хочу кричать от толчков и боли.
Хочу просто трахаться, и чувствовать, как сперма заливает нутро.
— Давид, я не могу больше.
— Терпи, — требует он и рукой просовывает между ног, начинает точечно гладить клитор.
— Изверг! — шепчу, ощущая как удовольствия стремительным потоком окольцовывает живот и растекается негой по телу."
"Но до оргазма Давид не дотягивает, начиная во мне двигаться медленно, дави на стенку между отверстиями, прижимая меня к стене все плотнее.
— Майя, — слышу и чувствую, как он тянет за пробку, отбрасывает. Как вытаскивает член из щели и одним резким болезненным движением проталкивает член в тугую дырочку.
— Господин! — срывается с губ. — А-а!
И все. Нежность закончилась, он вторгается внутрь. Глубоко. Резко. Грубо. Растягивает меня под свои габариты, продолжая терзать мой клитор, продолжая выть мне в шею.
— Как же сука узко, не сжимайся так, порву!
И я расслабляюсь, принимаю шлепки тел друг об друга, его член глубоко внутри и зубы впившиеся в кожу.
