Нет, ну, а что он хотел? Чтобы я покорной овечкой пошла к нему? Может быть, я связать себя должна была сама?
— Вы как?
— Живая, — выдыхаю я, и он кивнув, перемахивает через перила, приземляется аккурат в том месте, где Леша и бежит за ним, на ходу крикнув:
— К шефу их!
— Их? — не понимаю, но на мой вопрос отвечает вихрь, почти уложивший меня на спину.
— Я так испугалась! Они стрелять боялись. Задели бы тебя и хана им.
— Лучше бы задели, — ворчу. Но лучше быть подстреленной, чем изнасилованной. Можете мне поверить.
"
"— Про какого шефа сказал Леонид?
Васька скорчила смешную рожицу и подняла меня на ноги. Только я тут же охнула от боли в спине. Столкновение с железом не может быть мягким.
— К Черкашину конечно. Будем сидеть в бункере, пока этого не словят, или пока дядя не вернется.
Я благодарно улыбнулась и глубоко вздохнув, пошла по лестнице вверх, вернее меня почти нес другой охранник, лицо которого уже не было столь безмятежным, как раньше.
Судя по всему, ответ придется держать перед Макаром.
Как рассказывала Василиса — это ад.
Уже через полчаса мы с Васей сидели в том самом клубе, где месяц назад меня купил Давид. Только это была круглая комната с мягкими диванчиками и столиками с выпивкой по краям. Еще были картины и мы бы наверное лучше оценили шедевры искусства, если бы не ор и глухие удары за дверью.
— А если бы в нее попало?! — услышали мы крик и, вздрогнув, переглянулись.
Мне почему-то показалось, что речь велась совсем не обо мне. Да и хитрая улыбка Васи, подтвердила мои мысли.
Впрочем, все эмоции разом схлынули с ее лица, когда дверь распахнулась, и в проеме мы увидели двух мужчин. Но сначала я обратила внимание на Леонида, лежащего на полу, корчащегося от боли.
Судя по всему Лешу не поймали.
Да как так то?
— Майя Александровна, — привлек мое внимание низкий, раскатистый как гром голос и я подняла взгляд, как раз в тот момент, когда дверь закрылась. — Приношу извинения за своих людей. Сам же я не успел присоединиться к веселью, был в отъезде.
Я только кивнула, пристально разглядывая мучителя Василисы и конечно могла понять, почему все ее существо рвется к этому мужчине.
Помимо классических черт лица, в нем прослеживалась внутренняя сила, от которой буквально бросало в дрожь.
Давид, несмотря на увлечения, в которых мы сошлись, был достаточно мягок, а здесь мягкость была лишь в густых, черных волосах.
Судя по виду и росту, настоящий бандюган, вот только речь выдавала образование.
