– Дорогие мои, позвольте вам представить жену Мартина, Юлию, – просияла улыбкой хозяйка дома. – Всё случилось очень быстро, признаюсь, даже для меня эта новость оказалась полной неожиданностью. Надеюсь, Юлия, ты вольёшься в нашу дружную семью и станешь её достойным продолжением.
– Боже упаси… – прокомментировал Мартин пожелание, и муж мамулечки сердито сдвинул брови.
Не позволяя среагировать на подобный смешок, Агнесса Львовна устроила ладони на его плечах.
– Юлия, во главе стола мой дражайший супруг, Сергей Константинович, – горделиво улыбнулась она.
– Здравствуйте, мне очень приятно! У вас замечательный дом! – поторопилась я окончательно затереть конфликт, как вдруг получила замечание:
– Милая барышня, раз уж вы посетили нас, то могли бы выучить элементарные правила хорошего тона. И если начали с лести, то направляйте её по адресу. Все замечания, относительно дома, принято выражать его хозяйке, – прозвучало поучительно. Настолько, что я скисла уже на первой фразе.
– М-м… – вытянула я губы, оценивая размах.
Астафьев при этом закатил глаза, а Агнесса Львовна сделала вид, будто ничего не произошло. Мартин приткнулся губами к моей макушке и весело пробормотал:
– Ну а я тебе о чём?!
После чего потащил меня к столу, потому что пригласить нас к нему так никто и не вспомнил."
"– Очень приятно, – со значением повторилась я, но от дальнейших знакомств отмахнулась. – Другие члены вашей замечательной семьи в представлении не нуждаются, – благодарно улыбнулась я маме, а Мартин язвительно добавил:
– Страна знает своих героев!
Так и хотелось выписать ему подзатыльник, но получать подзатыльники взрослому мужчине как-то не по статусу.
К тому же мы и так выделялись… например, отсутствием вечерних нарядов! И если Мартин хотя бы в ухе придержал карат чистейшего камня, то я не могла порадовать присутствующих даже простейшим серебряным колечком.
В огромном зале, который так и хотелось назвать тронным, висела раздражающая тишина. Время закусок прошло, и на стол поставили горячее.
Я даже успела бессмысленно растолкать по тарелке гарнир, когда почувствовала взгляд – Астафьев смотрел на меня, гневно сверкая глазами и сжимая в длинных музыкальных пальцах вилку для рыбы.
– Приятного аппетита, – вспомнила я о правилах хорошего тона.
И вот тогда, именно в этот момент мыльный пузырь, что куполом держался над столом, всё же лопнул, наполняя пространство звуками. Как-то вдруг затрещали поленья в камине, застучали вилки по фарфору.
