– А почему только в октябре свёклу начнут убирать? Не слишком ли холодно, не измёрзнится она? Это пока её из грязи вытащишь да подготовишь, уже и ноябрь месяц наступит. Тут и морозы самые пойдут.
– Опять же на Болотова здесь сошлюсь, – ответил Егоров. – По его исследованиям и исследованиям учёных-ботаников из Пруссии, самую большую сахаристость наша свёкла набирает к середине и даже, пожалуй, к концу октября. Поэтому никакого смысла августовскую и даже сентябрьскую выкапывать нет, она просто не отдаст нужный нам сахар.
– Я же тебе говорил, Василь, что не просто так в непогоду её убирают, – произнёс Лебедев. – Кому охота в грязь и холод в поле возиться? Ваше превосходительство, так-то у нас всё здесь почти что готово. – Он повернулся к Егорову. – Ждём центрифугу и пресс. Как только смонтируем, подключаем водоливное колесо на Малиновке и можем начинать работу.
В конце июля, как и планировалось, по Оке к лихвинским пристаням подтянулись две баржи со станками, листовым металлом и ожидаемой оснасткой.
На них же прибыли и Бочаров с мастером-инструментальщиком из Тулы. Запряжёнными в ломовые дроги волами тяжести начали перетаскивать по отсыпанной дороге в поместье. Какие-то механизмы сразу же шли на установку в цеха, какие-то перемещали на склады, где они должны были ждать своей очереди."
"В конце сентября Алексею показали первую улучшенную винтовку. Буквально за месяц Яковлев установил на ней новый прицел, состоявший из латунной мушки на стволе, трёх откидываемых и одного неподвижного целика.
Но самое главное, в этом ружье был уменьшенный калибр ствола и усовершенствованный затворный винт.
– Посмотрите, как удобно теперь пуля в казённик заходит, – показывал процесс зарядки ружья Бочаров. – А всего-то надо было винт немного нарастить и сделать этот самый нарост эдаким – как бы полукругло скошенным. Вот смотрите, теперь пуля, когда он вниз отвёрнут, словно бы на салазках, как по скользкой горке, по жёлобу в отверстие казённика скатывается.
И никакого усилия сейчас прикладывать не нужно. А теперь засыпаем порох сюда и в замок и закручиваем обратно вороток.
Сделав оборот, винт вышел наверх и накрепко запер казённик.
– Оружие к бою готово, – взводя курок, заявил Бочаров. – Алексей Петрович, стрельнёте?
– Стреляй сам, Степан Ильич, – отказался Егоров. – Я потом сам перезаряжу и несколько выстрелов по дальней мишени сделаю.
Громыхнул выстрел, и Алексей принял у главного оружейника винтовку.
