В особенности за последние два месяца, что тренировался с тестем, где мне не нужно было скрывать свою способность и отрабатывать её использование не стесняясь.
Остриё шпаги ударило точно в лоб Третьякова, пробило кость, и вошло в мозг. Замерев на мгновение, я выдернул клинок и отступил на шаг. Мой противник ещё пару секунд стоял словно окаменел, выпучив уже остекленевшие глаза, и имея третий, узкий и вертикальный, почти посредине лба. Поле чего рухнул на песок безжизненной куклой.
Тем временем его секундант будучи уверен в том, что помощь товарищу не потребуется форменным образом издевался над Дмитрием.
Он неустанно теснил его и успел нанести три резаные раны. Несерьёзные, но достаточно глубокие, болезненные и кровоточащие.
Я без раздумий ринулся на помощь Вальцову. Его противник всё же заметил меня, и осознал, что Третьяков проиграл. Но предпринять уже ничего не успевал. Разве только обернуться из-за чего клинок нацеленный ему в затылок, попал точно в висок. Впрочем, сути дела это не изменило. Окончательная смерть обоих поединщиков.
Без вариантов.
И нет, я не испытывал чувства вины из-за того, что напал со спины. Коль скоро всё в переделах правил, то туда им и дорога. Секундант, который дрался скорее за компанию и лично мне не сделал ничего плохого? А ничего, что он спровоцировал студента, по сути, мальчишку, составить эту самую компанию? Да пусть катится в ад, говнюк хренов!
— Дима, ты как?
— Н-нормально. Представляешь, этот гад со мной играл.
— Я видел.
Второй поединок прошёл без накала.
Лужин конечно приложил старания, и оказался хорошим фехтовальщиком. Но всё же уступал Третьякову. А уж коль скоро даже тот не сумел ничего противопоставить моему предвидению, тот тут и говорить не о чем.
Н-но… Как я уже говорил к Льву Сергеевичу у меня такой неприязни не было, а потому я ограничился тем, что приложился клинком плашмя по темечку, отправив его в беспамятство. Содрал малость скальп не без того, и крови натекло много, но только и всего. Впрочем, сотрясение головного мозга штука неприятная.
— Я настаиваю на том, чтобы ему была оказана помощь с помощью рун бранного лечения в полном возможном для вас объёме. — Попросил я присутствовавшего лекаря.
Сейчас раненый в полной моей власти и мне решать какая помощь будет ему оказана. Ну вот нет у меня желания, чтобы он маялся головными болями до конца дней своих. А ведь может, если не оказать квалифицированную помощь по горячему.
— Как скажете. — Согласился Лекарь уже наложивший повязки Дмитрию.
