Мы идём по тропинке назад, к машине. В парке стоит тишина. Единичные прохожие торопятся скорее убраться отсюда, им страшно, ведь за деревьями толком ничего не рассмотреть. Мне же хорошо и комфортно. Пока Матвей рядом, бояться нечего.
— Конечно, знаю, — удивляюсь вопросу. — У меня с ней один и тот же отец.
— Боюсь, вынужден тебя разочаровать, — произносит весьма осторожно. — У вас разные отцы. Твоя мачеха на протяжении многих лет изменяла своему мужу.
— Не может быть, — останавливаюсь. В шоке смотрю на него.
— Да, — Илларионов в очередной раз разбивает картину моего привычного мира.
— И… кто? — спрашиваю. — Ты знаешь. Да?
— Знаю, — подтверждает. — По странному стечению обстоятельств, им оказался тот, кто яростно охотился за мной все эти шесть лет.
— Не может быть! — ахаю. Я в полном шоке.
— Может, — злорадно ухмыляется Матвей. — В этой жизни может быть всё.
— Почему же он тебя не поймал? Только не говори, что из-за Киры! Не поверю! — фыркаю.
— У них был более коварный план, — говорит, берёт меня под руку, ведёт в сторону оставленной машины.
— Какой? — не унимаюсь.
— Поверь, тебе лучше не знать, — подмигивает и резко переводит разговор в другое русло. — Лучше расскажи про детей. Кроме того, что их зовут Маруся и Денис, я толком ничего не знаю.
— Вот прям так и ничего? — щурю глаза. — Прям не верится, чтобы ты справок не наводил.
— Я решил, что хочу узнать всё из первых уст, — в очередной раз удивляет меня.
— А если бы я тебе не рассказала? — представляю, как Матвей рвал и метал в этом случае.
Аж улыбаться захотелось.
— Не недооценивай меня, зай, — подхватывает игриво.
Доходим до машины, Матвей распахивает передо мной дверь, помогает подняться в салон. Ремень безопасности на этот раз успеваю перехватить первой. Боюсь не выдержу и сдамся перед мощным напором Матвея, если он решит провернуть недавнюю фишку со мной и ремнём безопасности вновь.
— Когда познакомишь меня с детьми? — спрашивает выезжая с парковки. Дорога полупустая, мчим на высокой скорости к моей новой квартире.
— Как только буду готова, — уклончиво отвечаю.
— Хорошо, — с лёгкостью соглашается. Чем снова вводит меня в ступор. — Я даю тебе время до субботы. Если до выходных не решишься, то я познакомлюсь с ними сам, — отрезает.
Что я там только что говорила? Нет, Илларионов неисправим.
— Глаза не закатывай, — говорит не отрывая внимания от дороги. — Тебе не идёт.
— За дорогой смотри! — бурчу.
— Мне даже не надо тебя видеть, чтобы знать реакцию, — заявляет самоуверенно.
