Мне уже доводилось такое видеть, и казалось, что это легко — потому что господин Валеран зажигал свет лёгким жестом, изящно щёлкнув пальцами. Я попыталась этот жест воспроизвести… и конечно же, ничего у меня не вышло.
— Видите? Я даже свет зажечь не могу, а туда же — убивать некромантией, — сказала я графу.
— А отчего вы решили, что если щёлкнуть вот так пальцами, то свет и зажжётся? — усмехнулся он.
— Так делает господин Валеран.
— Но Валеран ещё и силу добавляет, вы не обращали внимание?
Признаться, нет, ничего я не обращала.
Зато я насмотрелась фильмов и начиталась книг, и там герои то щёлкали пальцами, то махали волшебной палочкой, и всё у них выходило. Тут же пришлось сначала понять, а откуда вообще эту силу берут. Ту самую, которая может и свет зажечь, и жаб выдать, и убить в минуту опасности.
— Викторьенн, вас окружает сущее, и господу было угодно сотворить всё так, что отдельные люди слышат это сущее. Слышат все стихии, которые суть наш мир. Слышат жизнь и слышат смерть. И божественную правду тоже слышат.
Строго говоря, отдельные существа могут слышать мир таким, каков он есть, и существа эти жили в мире задолго до людей, останутся и после. Но — вы человек, значит, и говорим мы сейчас о людях и о том, что они могут.
— Я человек, да. А вы? — я уловила некий акцент на этом «вы — человек».
— А я не вполне, — улыбнулся граф. — И иногда ощущаю всю силу и мощь моего звериного предка из Старших. Не спрашивайте, как так вышло, вышло, да и всё.
— И вы тоже умеете и свет зажечь, и жаб, и что там ещё маги делают, так?
— Я умею даже убить силами смерти, потому что мне доступен весь мир, как он есть.
Но — только потому, что я не вполне человек. И в мире живёт множество удивительных созданий, не являющихся людьми, как на суше, так и на море. Человек, имеющий магические способности — это только один из возможных вариантов.
— А кто ещё? Понимаете, у меня дома нет магии. У меня дома нет никаких Старших, и кроме людей, только растительный и животный мир. Есть ли какая-нибудь книга о мироустройстве, какую можно было бы почитать? Учебник, например? Чему учат детей в школе?
— Размахнулась она, в школе, значит, чему учат, — вздохнул граф.
— Чему вашу подругу и ваше… альтер эго учили в монастыре?
— Наверное, читать, писать, считать, и закону божию?
— В целом верно. Но не забывайте, что в школу попадают далеко не все, многие крестьяне неграмотны. Хорошо, Викторьенн, я подумаю, кого спросить в Академии, и постараюсь добыть для вас какие-нибудь книги.
