Давайте, я заколдую кого-нибудь, чтоб бриллиантами плевался, — бормочу я.
— Мне кажется, что с бриллиантами не выйдет, — качает головой граф. — Как только додумались — жабы, значит.
— А где… жабы? — интересуюсь я. — И эта… Эдмонда. Она же была здесь?
— Госпожу Эдмонду спас господин граф, — голос врача доносится откуда-то из-за моей головы. — Он же отправил жаб восвояси.
— Это… куда?
— В сад, там возле старой стены много травы и сырость.
Я шевелюсь, точнее — пытаюсь вертеть головой, но две ладони мягко охватывают её и фиксируют.
— Госпожа Викторьенн, вам не следует сейчас совершать резких движений, — продолжает врач. — Госпожа Эдмонда и господин Симон отправились в свои покои, и кажется, ваша демонстрация убедила их покинуть этот дом. Их вещи собирают, и госпожа баронесса даже нашла какую-то приятельницу, которая согласилась приютить их.
Точно, баронесса же подала на меня в суд. Но о суде я сейчас думать не могу, в мою голову не вмещается никакой суд, совсем. Как там говорила одна из любимых книжных героинь юности? Я подумаю об этом завтра.
Вот, и я тоже подумаю завтра."
"— Госпожа де ла Шуэтт, — начинает граф, и я невольно собираюсь вся. — Сейчас вам надлежит оправиться в постель, там немного поесть и после спать — сколько получится. Господин Валеран поддержит ваши силы, и проследит за вашим восстановлением. В идеале вы сможете подняться на ноги завтра, но — может быть и позже. И пока вы не вернёте силы, я запрещаю вам заниматься домашними, наследственными, финансовыми и прочими делами, какие у вас тут ещё есть.
Все меня услышали? А я завтра приду навестить вас в любом случае.
И что я могу? Только согласиться и поблагодарить.
Я и впрямь уснула, стоило мне донести голову до подушки. Уснула крепко, без сновидений, и когда проснулась, по освещению было понятно — вечер.
Возле моей кровати сидели Тереза и господин Валеран, между ними висел… неяркий шарик, рассеивающий полумрак.
— Приветствуем вас, госпожа Викторьенн, — сказал врач. — Расскажите, как вы себя чувствуете.
Я попыталась пошевелиться… и ощутила слабость.
Обидно — я только-только ощутила себя если не здоровой, то выздоравливающей, а тут опять двадцать пять. Так и сказала.
— Кажется, мне примерещилось, что я была уже почти здорова, — вздохнула я.
— Ничего страшного, Викторьенн, ещё будете здоровы, — ответил господин Валеран. — Если вы маг, то скорее всего, вам свыше досталось сколько-то силы жизни, она будет помогать в случае слабости, раны или болезни, но — во все последующие разы.
