Что вы оба куда-то дели подлинное завещание господина Гаспара, и заплатили Тиссо за то, чтобы он выдал за него вашу выдумку.
— Постойте, там же подпись принца? — не поняла я.
— Госпожа баронесса полагает, что принц на самом деле не имеет отношения к этой подписи, что Тиссо и вы таким образом всех обманули. И что принц не станет вникать в дела мелкого дворянского семейства и подтверждать чью бы то ни было правоту или неправоту.
— Но постойте, у нас ведь есть эта подпись, — продолжала недоумевать я.
— И откуда вы возьмёте его высочество герцога Монтадора, чтобы он для вас подтвердил факт этой подписи? — хмыкнул Палан.
— А где он обычно бывает? Ну, есть ли у него приёмная или ещё какое место, где его можно застать? — брякнула я первое, что пришло на ум.
Что я, за большими шишками не бегала и на интервью не уговаривала, что ли? Дома не переломилась и здесь не переломлюсь."
"— И даже если бы его высочество, гм, находился в Массилии, отчего вы так уверены, госпожа Викторьенн, что он станет вас слушать? — мягко спросил Фабиан.
Наверное, не хотел обидеть. Не обидел, не проблема вот совсем.
— Хорошо, что мы можем сделать без принца? А уже если не сможем ничего, то тогда придётся его где-то добывать, вы не находите? — у меня азарт.
— Вы не понимаете, госпожа Викторьенн, — вздыхает Палан.
Нет, я не понимаю. Но и он не понимает тоже.
— Говорите, господин Палан, — прошу его. — Нам же нужна, ну, какая-то стратегия? Как мы дальше действуем? Пытаемся ли пойти на досудебное урегулирование, или же ждём вызова в суд?
— Какое там урегулирование вы ещё придумали, — отмахивается Палан.
— Идём в суд. Вопрос только в том, как скоро назначат заседание.
— А как скоро его назначат? И кто в этот момент распоряжается спорной собственностью?
— Пока не доказано иного, наследница — вы, госпожа Викторьенн, — уверенно говорит Палан.
— Вот и славно. Значит, старый дом остаётся у нас.
И можно как бы случайно слить информацию, что я хотела им поделиться, да передумала.
— Что сделать, госпожа Викторьенн? — переспрашивает Палан.
А я мысленно даю себе по лбу. Потому что, Вика, спокойнее, и не говори всякого странного.
— Простите, господин Палан, похоже, я заговариваюсь после болезни, надо спросить у господина Валерана, может ли быть такое. Да может, думаю, раз меня по голове били. Ещё и не такое может случиться, наверное.
