И что же, вы думаете, что вам было бы проще договариваться с госпожой Клион, которая весьма желала этого наследства? Или с её сыном?
— Купили бы, да и всё, — отмахнулся Брассье. — Готовы и у вас купить.
— И что же именно вы готовы у меня купить?
— Да хоть всё, — вступил Курби. — Вам ведь нужны деньги, так?
— Я их заработаю, — улыбаюсь. — Опять же, деньги от продажи поступают единожды, а деньги от хорошо работающего предприятия — более или менее регулярно.
— Вы вовремя показались на глаза его высочеству, — снова сощурился Брассье, — но он не останется в Массилии навечно.
И кому вы будете продавать?
— Всем тем, кому мы продавали и ранее. Для начала. А дальше посмотрим.
— А если у вас откажутся покупать?
— И отчего же так случится? Я продаю не предметы роскоши какие-то, а вполне так насущные вещи — муку, овощи, мясо, вино.
— Если окажется, что мука испортилась, овощи и мясо сгнили, а вино прокисло, то их никто и не купит, — отрезал Брассье.
— Да ладно, с чего это оно всё разом возьмёт и прокиснет?
— А в этом нет необходимости, госпожа де ла Шуэтт, — вот тут уже улыбнулся Курби.
— Если люди будут думать, что ваш товар негоден, они его не купят, даже если на самом деле он будет хорош. А раз не купят — то он весь рано или поздно неминуемо испортится.
Что ж, вот и моя очередь улыбнуться.
— Слышали, что сталось с де Ла Портом?
Торговцы переглянулись.
— Ну, сняли и сняли, — пожал плечами Брассье. — Со всяким может случиться, кто на королевской службе.
— А почему сняли? — я продолжала улыбаться.
— Так переполнил чашу терпения, — влез Курби.
— Ущемил кого-то, наверное — запросил слишком много. Очень уж складно о нём пели да стишки на заборах писали, — покачал головой Брассье.
— Вот, вы поняли, это хорошо, — я посмотрела на него строго и пристально. — И если что — петь о любом из вас ничуть не сложнее, понимаете? И стишки на заборах писать. Даже и склад жечь не понадобится. И факты не особо нужны, можно придумать, понимаете?
— Госпожа Викторьенн много читала, и отлично умеет делать такие вещи, — заговорил господин Фабиан.
— Я и сам не сразу поверил, что она возьмётся за всё и потянет. Но она именно что взялась и тянет. И даже если его высочество уедет, то королевский наместник никуда не денется. А человек, поставляющий провизию и серебро короне, просто не может остаться без внимания первых лиц нашего города.
— Да неприлично просто — девчонка, и дело! — выдохнул Брассье.
— Почтенная вдова, господин Брассье.
