— Арс, ты же помнишь про День рождения Маркелова? Юбилей, между прочим.
— Конечно. Вечером буду, как договаривались.
— Один? — уточнил он, снова намекая на Лизу.
— Не решил еще. До вечера. — отключил вызов и повернулся к жене.
Лиза смотрит на меня своими сонными, но все равно такими красивыми глазами, и строит недовольную мордочку. Улыбнулся и за секунду подмял ее под себя. Подарил нежный, долгий поцелуй.
— Обязательно было говорить тут? Вообще говорить? Ты же выходной взял, а сам…
— Тише, тише… — снова нежный поцелуй.
— Не ворчи. — еще поцелуй. — Люблю тебя. — она обняла за шею, и сама сделала поцелуй глубже. Такая податливая с утра. Не шипит, не отталкивает. Я уже отвык от нее такой.
— Ты вчера снова поздно вернулся — шепчет прямо в губы.
— Прости… Зато сегодня я весь твой почти до самого вечера.
Жена медленно провела острыми ногтями по голой спине оставляя следы. Зашипел от яркого, такого сексуального жеста. Толкнула меня, намекая, что хочет быть сверху.
А кто против? Ухватил ее та талию и перевернулся, укладывая ее на себя. Она взвизгнула и рассмеялась. Я соскучился по такому утру. Чертовски соскучился! И по такой вот жене тоже.
Уселась сверху, игриво потерлась о мой стояк и провела ладонью по лицу. Зарылась пальцами в волосы и смотрит так… как будто мы не виделись целую вечность.
— Все хорошо? — спросил, выводя пальцем узоры на ее стройной ножке.
— Не знаю, Арс. Правда, не знаю.
— в ее глазах что-то поменялось, но она не дала разглядеть. Стянула с себя майку, прижалась ко мне голой аппетитной грудью с торчащими от возбуждения сосками и снова сама поцеловала, прижимая ладонь к лицу. Легкими, почти невесомыми поцелуями проложила дорожку вниз, стянула с меня боксеры, освобождая возбужденный ствол. Пробежалась по нему пальцами. Зашипел от удовольствия. Взяла в руку и сделала первое движение вниз, обнажая влажную головку. Медленно вверх, снова вниз.
Застонал и прикрыл глаза. Член пульсирует в ее ладони, она облизнула губы и коснулась его языком.
— Лизка… — выдохнул сквозь сжатые зубы и положил руку ей на затылок.
Ее горячий язык прошелся по всей длине, со всех сторон. Обласкал уздечку и головку, спустился ниже, к яичкам и сводил меня с ума там. Сознание отметило, что сегодня определенно что-то поменялось. Неуловимо, непонятно. И это напрягает. Вроде все хорошо.
