Я безотчетно потянулась пальцами к голове — потрогала обруч из толстой косы и деревянное украшение на затылке. Резная поверхность гребня, его широкое основание и длинные зубчики оказались неожиданно горячими, словно долгое время пролежали возле открытого огня и сильно нагрелись. Странно.
— Пойдем. — Эльф поднялся на ноги и с неловким видом запахнул мантию, прикрыв штаны, что красноречиво топорщились спереди. — Надо найти укрытие, пока окончательно не стемнело. Если поторопимся, через два часа доберемся до небольших скал с пещерами.
Там можно устроиться на ночлег. Безопаснее, чем на открытой местности.
Я прищурилась, вглядываясь вдаль, — никаких скал, ровная чистая линия горизонта, небо в оттенках красного.
Впрочем, какая разница?
Если перед сном меня не свяжут, во время ночного привала я сбегу. Ободренная этой мыслью, я зашагала рядом с похитителем, на ходу ощупывая свою новую прическу.
По дороге молчали. Вести беседы со всякими мерзавцами желания не было. Что касается моего спутника, он вроде как не прочь был завести разговор, но словно не решался.
Косился в мою сторону, открывал рот, набирал воздуха в грудь, но на том все и заканчивалось.
Через час, как эльф и обещал, на фоне красного закатного неба нарисовалось темное пятно — скала, а еще через час мы уже стояли у входа в пещеру.
Щель была узкая, протискиваться в нее пришлось боком, да и сама пещера оказалась каменным мешком, где в полный рост не встанешь, ноги не вытянешь и сидеть можно только в обнимку.
Так мы и сели — плечом к плечу.
Эльф предложил мне воды и вяленого мяса из своей сумки, а после скудного ужина привалился спиной к стене из неровного гранита и прикрыл веки.
Я даже дышать забывала, гадая, вспомнит ли он перед сном о мерах предосторожности. Неужели не свяжет пленницу на ночь? И кинжал на поясе оставит без присмотра?
Эльф сидел с закрытыми глазами, и с каждой минутой шанс сбежать казался все более реальным. У меня пересохло во рту, под мышками вспотело, сердце билось в районе горла.
Стараясь не шевелиться, чтобы не напоминать о себе, я следила за дыханием похитителя. Наконец он задышал ровно и глубоко, как это делают спящие, черты его лица расслабились, а тело обмякло.
Я не могла поверить своему счастью!
Вот болван — так опростоволоситься! Совсем опыта похищений нет!
Выждав еще немного для верности, я начала осторожно пробираться к выходу. В столь тесном пространстве дело это было сложное.
