У меня новая счастливая жизнь, где не надо из кожи вон лезть ради чужого одобрения, где меня ценят и любят не за какие-то заслуги, а просто потому, что я — это я.
Во многих странах участь королевы — рожать без продыху и быть молчаливым приложением к супругу. Страх потерять себя в браке долго не давал мне ответить Алари взаимностью, но все мои опасения оказались напрасными. Меня не заперли в четырех стенах за вышиванием, не ограничили ролью матери будущих наследников. Я участвовала в делах государства — вместе с Алари утверждала законы, налаживала торговые связи, учила эльфийских воинов управлять ездовыми стрекозами, которых нам поставлял владыка фейри Тил-Линг.
Моя жизнь была насыщенной и полной.
* * *
Просмотрев свежие письма, я еще раз навестила в детской своих сорванцов и отправилась в опочивальню к мужу.
Даже спустя десять лет брака мы привыкли засыпать в объятиях друг друга, но сегодня я припозднилась, а у Алари был тяжелый день, так что любимый меня не дождался.
Его веки были опущены, рот приоткрыт, волосы белым шелком разметались по подушке.
Стараясь не разбудить спящего, я с коварной улыбкой забралась на кровать и юркнула под одеяло. За все эти годы мне так и не удалось отучить супруга от ужасных хлопковых пижам, столь дорогих сердцу любого эльфа. Хотелось ночью соприкасаться голой кожей, но Алари раз за разом заворачивался в кучу ненужных тряпок.
Ничего, сейчас приведем этого скромника в надлежащий вид.
Я нырнула пальцами за пояс мужниных штанов и медленно потянула ткань вниз.
Алари пошевелился во сне, что-то пробормотал, но не очнулся. Склонившись над его пахом, я вобрала в рот теплый расслабленный член. От нежной ласки он сразу окреп, налившись желанием.
Не просыпаясь, Алари начал постанывать.
Под одеялом было душновато, но звуки удовольствия, которые издавал любимый супруг, мирили меня с мелкими неудобствами.
Спустя пару минут Алари уже вовсю ерзал бедрами по кровати, комкал пальцами простыню, толкался меж моих губ, а потом резко дернулся, и я поняла: проснулся.
Таким необычным способом я разбудила его впервые.
— Что ты делаешь? — раздалось сверху.
Я представила, как Алари поднимает голову над подушкой и смотрит на одеяло, вздымающееся между его ног бугром. А бугор этот двигается, колыхается — вверх-вниз, вверх-вниз.
— Зейна… Что ты…
Он захлебнулся стоном. Член у меня во рту набух еще больше, начал пульсировать.
