Забираю портфель, щелкаю пальцами, пытаясь вспомнить: я ведь что-то хотел сказать ему, выходя из джипа, но голова просто отказывается соображать.
В итоге отпускаю Романа, вхожу в лифт и, пока поднимаюсь на этаж, застывшим взглядом смотрю на свое отражение в зеркальной двери. Такое чувство, что человек, стоявший напротив меня выпал из реального мира — до сих пор не могу поверить в то, что мне рассказала Жанна.
Я вхожу в свой кабинет, ставлю на стол портфель, отправляю чехол с костюмом на вешалку, сажусь в кресло и еще раз прокручиваю в мыслях разговор с Жанной.
— Как это понимать? — спросил я, показав ей магнит.
Она потупила взгляд, закашлялась, то ли делая вид, что ей плохо, то ли и правда из-за болезни.
— Вы были с ней знакомы, — невопросительно произнес я. — И зачем-то делали вид, что не знали друг друга раньше. Вопрос: зачем?
Жанна стояла с видом провинившегося ребенка. На кухню вошла ее сестра — ей почему-то именно в этот момент понадобилось сварить себе кофе, и почти весь оставшийся разговор она грела уши.
— Жанн, твоя болезнь как-то повлияла на слух? — грубо спросил я. — Повторяю еще раз: зачем вы с Элей делали вид, что не были знакомы до того, как она пришла работать в мой отель?
— Денис Алексеевич, — виновато глядя на меня, промолвила она. — Я думаю, это вам должна объяснять не я, а сама Эля.
— Получается, это она попросила тебя не говорить, что вы знали друг друга раньше, так? С какой целью?! — прикрикнул я.
Я отчетливо понимал: она не хотела выдавать подругу. Или не успев с ней договориться, просто не знала, что отвечать на подобный вопрос.
Ну, раз так, то мне ничего не оставалось, как пойти на шантаж.
— Знаешь, что я не люблю больше всего на свете? — щурясь, спросил я. — Не люблю, когда меня обводят вокруг пальца. А ты, получается, сделала это. И ты точно не будешь работать в моем отеле. Но если ты хочешь найти себе другую работу, то я тебе настоятельно советую ответить на мой вопрос. Иначе уже завтра все отели и рестораны столицы получат рассылку с моим предупреждением не брать тебя на работу.
Я выпрямил плечи, поднял подбородок.
— Можешь даже не сомневаться, я быстро придумаю, как замарать репутацию одного из лучших шеф-поваров Москвы. И, поверь, тогда тебя не возьмут на работу даже в придорожное кафе.
Ее сестра чуть не подавилась кофе.
— Жанн! — воскликнула она. — Ты не можешь остаться без работы! Как мы будем разменивать эту квартиру? Тебе же не одобрят ипотеку.
— Оставь нас! — раздраженно гаркнула Жанна.
