Один Олеська только-только использовала, значит, в ближайшее время она не сумеет выбраться в поселок.
На мой взгляд, рассуждения Маши хромали на обе ноги. Начнем с того, что, обретя дом и обнаружив гору денег, Олеся легко могла уйти от Шульгиных, но горничная по непонятной для меня причине осталась в прислугах. А Маше пришлось несколько дней бегать по маршруту: районная поликлиника – домоуправление – адвокат – районная поликлиника. Вопрос о расселении коммуналки внезапно встал во всей остроте, на горизонте замаячила «трешка».
На Машину голову разом свалились две удачи, и вначале следовало срочно собрать бумаги, неоспоримо подтверждающие, что Елена Константиновна полный инвалид, проживание с ней в одной комнате невозможно. А доллары могли еще чуток полежать, хотя Маше все время было страшно за их судьбу. В конце концов младшая Беркутова назначила час икс, договорилась с Галей и… узнала о смерти Олеси.
Кончина сестры сначала расстроила Машу, она подумала, что лишается ежемесячного взноса на содержание мамы, и приуныла, но потом вдруг до нее дошло: дом и деньги – они чьи? Кто наследники Олеси? Мать и Маша! Слава богу, Олеська не успела расписаться с ботаном! Вот она удача, дом перейдет к Маше по закону, а деньги надо пересчитать и перепрятать, на всякий случай унести из коттеджа.
Вдруг Валентин захочет их хапнуть? Он же знает адрес, слышал о местонахождении ключа!
– Понимаете теперь, что ничего плохого я не совершила, свое беру, – частила Маша.
– У вас есть координаты Валентина? – без всякой надежды на положительный ответ спросил я.
– Да, – кивнула Маша, – но только телефон!
– Надо же! – обрадовался я и тут же удивился: – Вроде вы говорили, что Олеся ничего о личной жизни не рассказывала. Неужели она вам номер его телефона сообщила?
– Нет, – шмыгнула носом Маша, – только я умная, у меня мобильный с определителем. Несколько раз набирала Олеську, а та сразу говорила: «Батарейка разрядилась, ща перезвоню», и правда звонила с другого номера, он несколько раз повторялся.
Я и доперла: у мужика она небось трубку берет. Решила проверить, набрала сама туда, слышу, парень отвечает: «Алло!» Я молчу, а он опять: «Говорите, Валентин на проводе», затем добавил: «Вас не слышно» и отключился. Воспитанный очень, другой бы матом послал, а этот прямо монах, такой любезный. Вы ему позвоните, скажите, что из ФСБ, он точно обосрется от страха. Я знаю.
Я посмотрел на Машу – странные у нее представления о людях.
