Золотая, серебряная, медная, бронзовая и перламутровая — в гондолу номер четыре. А я поплыву за вами в пятой и прослежу, чтобы никто не свалился в воду по дороге.
Хотя на самом деле мне надо было связаться с музеем. Они-то еще не знали, какой подарочек плывет к ним по каналам Рижбурга."
"Мы привлекали внимание всех прохожих. На разноцветные гондолы с чирикающими девицами в странных нарядах не пялился только ленивый. Но мне было не до зевак: я судорожно открыла блокнот и связалась с Нейлой — смотрительницей музея.
— Спасай меня! — без предисловий взмолилась я. — Со мной жены дарийского шейха. Очень важного, очень богатого. Жен много. Они хуже, чем школьники. Им надо придумать какую-то вводную экскурсию. И развлекать их несколько дней, пока идет МММ. Нейла, пожалуйста, придумай хоть что-нибудь!
— Жены шейха? — Уже немолодая, но еще очень энергичная и всерьез увлеченная своей работой смотрительница задумалась. — А много — это сколько?
— Двадцать…
— И все жены?!
Я виновато развела руками, из-за чего чуть не уронила блокнот в воду.
На мою ругань даже гондольер возмущенно фыркнул, а уж они-то обычно в выражениях не стеснялись.
— И когда вы будете?
— Через пятнадцать минут.
— Хелми!
— Что?! Нейла, он меня уволит. Ильмир Сантери убьет меня, а потом уволит. Или наоборот. Или, может, даже одновременно!
— Успокойся. Ладно, я сама проведу вам экскурсию. Но стоит это будет намного дороже.
Но это меня как раз не волновало.
— «ВелТур» оплатит любой счет этого гарема.
— Чудненько. Хелми, надо совет? Пока еще бесплатный.
Если хочешь, чтобы женщины остались довольны, дай им приключений и магических существ. Поведешь их по стандартно унылой программе для школьников и пенсионеров — лишишься карьеры.
— Успокоила, — буркнула я.
Но изображение Нейлы в зеркале уже пропало, а у меня появилось несколько свободных минут. И я планировала ими насладиться в полной мере. Когда еще придется?
Так как я ехала в последней гондоле, до меня доносились лишь отголоски скандала курятника, который перемещался в гондоле номер два.
Я слышала лишь истошно верещавших девиц. Изредка они подпрыгивали со своих мест, раскачивая гондолу так, что я начала молиться богам о благополучном исходе нашего недлинного путешествия. Хотя, признаться, до этого дня не отличалась набожностью. Не иначе как от избытка свободного времени.
Гондольер тоже заметно нервничал, но, к счастью, к широким ступеням музея мы приплыли в полном составе.
Я сделала знак, и наша лодка причалила первой.
