Ирма сейчас вкалывала за троих, а эти двое наслаждались исключительно друг другом.
Новый офис, мой офис, поражал воображение. «ВелТур» внутри был совершенно ничем не примечателен, ведь Ильмир открывал его на заре своей карьеры и еще не имел возможности шиковать. Но «Помолвку» мы открывали уже с четким пониманием того, что там должно быть.
Мягкие восточные интерьеры, дарийские шелка и текстиль, ненавязчивый аромат благовоний — входя в агентство, клиент попадал в сказку, где обязательно исполнятся его мечты.
Сначала я была против использования дарийских мотивов, но вообще Ильмир был прав: агентством я была обязана шейху и птичкам, так что такое проявление благодарности будет им приятно.
Ну и, конечно, не без нашего участия в Рижбурге начался настоящий бум на все дарийское. Поэтому клиенты обещали валить валом.
Я быстро подписала оставшиеся бумаги, выдала рабочим жалованье и, закрывшись в своем новом кабинете, скинула туфли. Усталость навалилась тяжелым душным одеялом. Вот уж не думала, что встречи и обеды могут так утомить.
А ведь Ильмир еще вечером хотел со мной поговорить. Интересно, о чем? Уж не добилась ли леди Сантери моей проверки у лекарей? Матушка Ильмира с завидным упорством требовала, чтобы я предоставила ей все заключения о состоянии моего здоровья. Я, в общем-то, правда, была и не против, так что сопротивлялись мы исключительно из вредности. Но кто же знает эту неугомонную женщину.
О том, что после выборов Ильмир вдруг решил со мной расстаться, я старалась не думать. Нам определенно было хорошо вместе, но я старалась не думать о будущем, когда он станет мэром.
Что мне понадобится делать? Быть рядом с ним? Или, наоборот, не афишировать наши отношения? Это будет сложно, ведь только ленивый не написал о служебном романе самого завидного холостяка Рижбурга.
Наверное, Ильмир отправит меня на курсы изучения протокола. Подруга мэра имеет куда меньше свободы, нежели любовница предпринимателя и богатого наследника.
Я сама не заметила, как задремала, откинувшись в кресле. За окном медленно смеркалось, а я с удовольствием провалилась в темноту и даже не просыпалась, хотя обычно в неудобной позе спала крайне беспокойно.
Когда уже совсем стемнело, я почувствовала, как кто-то потряс меня за плечо. Очнувшись, я подскочила и растерянно заозиралась.
— Ты как? — с беспокойством сверху вниз на меня смотрел Ильмир. — Устала?
— Да, сумасшедший день. Алекс нашла гарему мужа. Он еще не осознал своего счастья, но, кажется, близок.
— Алекс — молодец.
