— Нам бы как-то побороть страх…
— Взбодриться…
— Воодушевиться…
На меня из-под масок с надеждой уставились четыре пары глаз. Я уставилась в ответ, не понимая, что хочет от меня эта часть гарема.
— А у тебя, случаем, нет… — мятная замялась. — Ну, чего-то, чтобы мы так сильно не боялись, а? А то наимудрейший…
— Из-за некоторых отобрал у нас все запасы! — огрызнулась оранжевая.
— Запасы чего? — осторожно уточнила я, чувствуя, что вообще не понимаю, о чем тут идет речь.
— Запасы всего!
— Всего чего… — Я, конечно, чувствовала себя очень глупо, но понять, что им от меня нужно, все равно не могла.
— Хелми! — Желтенькая выразительно покосилась на пакет в моих руках. В нем явственно угадывалась бутылка.
— А! — Наконец-то до меня дошло. — Да пожалуйста. — Я с легким сожалением протянула вымогательницам подарочный алкоголь. — Только не сдавайте меня своему наимудрейшему. А то всем достанется.
— Как можно! — очень честно отозвались птички и почему-то взяли не бутылку у меня из рук, а меня под локотки и повели в сторону ближайшей двери.
— А я-то вам зачем?
— Мы не можем отобрать у тебя бутылку и не поделиться. Нам как раз фрукты принесли. Пойдем с нами. Завтра мы уедем и больше не увидимся, — мне послышался под маской тихий всхлип. — Поэтому почему бы не посидеть? На прощанье.
— Только мы не будем звать других! — вмешалась желтенькая. — А то они ведут себя плохо!
— И пьют много!
— А у нас мало!"
"За этим щебетанием я не заметила, как за нами с птичками закрылась дверь одного из роскошных номеров.
Спиртное было сразу разлито по бокалам и распробовано. Оно пролилось по горлу горячим, тягучим комом, и мне моментально захорошело. В голову пришла мысль, что подарок Ирмы оказался крепче, чем я ожидала, и это может привести к неприятным последствиям. Но сейчас мне не хотелось думать о таких мелочах.
Поэтому мы с девочками налили еще по одной и употребили под тост:
— Чтобы призраки не лезли в нашу жизнь!
Призраки словно услышали и полезли. Прямо из двери появилась голова, до икоты напугав мятную.
Она заорала и метнула в дверь домашней тапочкой на каблуке и с помпоном. Тапочка гулко стукнулась о дерево, отрикошетила и замерла на ковре, став похожей на раздавленную лягушку. Зато наглый призрак моментально убрался.
— Ты же сказала, что они сюда не должны лезть? — уточнила оранжевая дрожащим голосом. Рука, сжимающая бокал, у нее изрядно тряслась.
— Не должны, — согласилась я и сделала большой глоток.
— Налейте мне еще, — попросила желтенькая.
