Возможно, посланная им Домиником леди в затруднительном положении в самом деле окажется ангельским созданием. Он мягко улыбнулся, с нетерпением ожидая встречи с подопечной Беллы.
Джорджиану разбудили пронзительные голоса торговок апельсинами. Она удивленно осмотрелась по сторонам, потом вспомнила, где находится и как сюда попала. Несмотря на неопровержимые доказательства, ей до сих пор с трудом верилось в реальность происходящего. Она все еще лежала на подушках, мысленно витая в облаках, когда в комнату энергичным шагом вошла Крукшэнк с чашечкой утреннего шоколада.
Джорджиана молча ждала, когда горничная выскажет свое мнение. Никто не мог дать оценку быстрее и точнее. Презрительного фырканья с ее стороны не последовало. И никакого другого осуждающего звука. Мурлыкая себе под нос, Крукшэнк поставила поднос с завтраком Джорджиане на колени. Поймав ее удивленный взгляд, она с улыбкой пояснила:
– Хороший это дом, мисс Джорджи. Никого ничему не нужно учить.
Экономка миссис Биггинс – тертый калач, но женщина она справедливая, помяните мои слова. Управляет хозяйством железной рукой. И дворецкий Джонсон, и костюмерша ее светлости Хиллз – именно такие, какими должны быть. Такое облегчение после Хартли-Плейс!
– Ты чувствуешь себя здесь уютно?
Крукшэнк согласно кивнула. Подойдя к гардеробу, она взяла утреннее платье фиалкового цвета с отделкой из тончайших кружев и положила его на стул, после чего стала подбирать украшения."
"Джорджиана не спеша потягивала шоколад.
Сладкая теплая жидкость растекалась по телу, согревая изнутри. Она вздохнула. Как же это восхитительно – снова пить настоящий шоколад. Стоило ей закрыть глаза, и она тут же оказалась на террасе в Равелло, а за накрытым к завтраку столом сидел ее отец. Джорджиана резко открыла глаза и быстро-быстро заморгала. Довольно! Она давным-давно выплакала все слезы. Отец хотел, чтобы она продолжала жить дальше, и просил не горевать о нем.
Он сказал ей, что прожил хорошую жизнь, и хочет, чтобы и у его дочери все сложилось. Именно поэтому ей надлежало вернуться в Англию, чтобы воссоединиться с семьей, которая теперь представлена одним только Чарльзом. Джорджиана пошевелила пальцами ног. Она вспомнила о кузене, рыскающем в поисках ее по окрестностям и вернувшемся ни с чем в свое промозглое заплесневелое логово, и в ее золотисто-ореховых глазах появился довольный блеск. Поделом ему.
