– По ее взгляду он догадался, что она сделала правильный вывод, но все же произнес слова вслух: – Покупатель – я сам.
– Ах.
Джорджиана потупилась, вдруг почувствовав себя опустошенной."
"Чутко уловив смену ее настроения, Доминик взял ее за руки и помог подняться. В его нынешнем состоянии он не слишком себе доверял, поэтому опасался садиться на диван рядом с ней. Ему было очень трудно стоять подле нее и, сжимая ее руки, воздерживаться от объятий. Взглянув на ее затылок, он отвел глаза.
– Джорджиана?
Смотреть на него она была не в силах, всецело сосредоточившись на его ладонях, нежно сжимающих ее руки.
С терпеливостью человека, способного предсказать дальнейшее развитие событий, Доминик медленно поднес к губам сначала одну ее руку, затем другую. Джорджиана подняла глаза… и уже не сумела их отвести. Он улыбнулся, не стараясь скрыть свое торжество.
– Любимая, известно ли вам, зачем мне понадобилось покупать Хартли-Плейс?
Джорджиана с трудом оторвалась от магнетического взгляда его голубых глаз, обладавших над ней тайной властью.
Но ведь она возвращается в Равелло. Натянуто улыбнувшись, она кивнула:
– Да. Белла объяснила.
– Искренне сомневаюсь, чтобы Белла сумела это объяснить. – Доминик улыбнулся, когда она повернулась к нему с надеждой и неуверенностью во взоре. – Подозреваю, сестра сообщила вам, что я всегда жаждал заполучить это поместье, чтобы снова присоединить его к Кэндлвику. В прошлом это действительно было моей одержимостью, которая, однако, недавно сменилась совсем другим желанием, вытеснившим из головы все прочие устремления.
Пока… – замявшись на мгновение, Доминик решил не упоминать об Артуре, – пока не осознал, что вы можете по ошибке принять мой интерес к вам за интерес к вашей собственности.
Если бы обсуждаемый вопрос не был столь важным для него, его позабавило бы то, с каким вниманием Джорджиана слушает. Ее огромные ореховые глаза светились надеждой, смешанной с недоверием. Доминик этого ожидал и ничуть не встревожился. Он понимал, что должен убедить Джорджиану в искренности своей любви даже ценой собственной жизни.
Несмотря на серьезность этого намерения, он почувствовал, что тонет в ее золотисто-ореховых глазах и теряет самоконтроль.
– Любимая, я хотел выкупить поместье, чтобы оно больше не являлось камнем преткновения в наших отношениях. – Доминик поцеловал ее руку, понимая, что ему нужно немедленно покинуть комнату, в противном случае он заключит ее в объятия. Одному Богу известно, чем все это может закончиться.
