Однако кузен вовсе не хотел ссориться с могущественным герцогом и тотчас же увлекся узорами на потолке, повторив прием, использованный Эммой минутой раньше. Зеленые глаза Алекса выразительно прищурились.
– Чепуха, – сказал он, словно отметая возможные возражения.
– Итак, леди Уэрт?
Едва Кэролайн кивнула, Алекс тут же заключил Эмму в объятия, и в следующую секунду они оказались в центре зала. Глядя на Эмму, герцог лукаво улыбнулся:
– Сейчас вы почти так же красивы, как в спальне.
Кровь жаркой волной прихлынула к лицу Эммы.
– Почему вам непременно нужно меня смущать? Неужели вы решили в первый же вечер погубить мою репутацию?
Алекс беззаботно усмехнулся:
– Пока я на глазах у всех не увлеку вас в сад и не попытаюсь там соблазнить, мое внимание только на пользу вашей репутации. Я не часто бываю на балах, – пояснил он, – и людям хочется узнать, почему я так увлечен вами.
– А может, вам просто нравится доставлять мне неприятности?
– Прошу прощения, этого больше не повторится.
Услышав столь смиренный ответ, Эмма подняла на герцога глаза и была удивлена тем, что прочла в его взгляде безусловную честность.
– Спасибо, – произнесла она тихо. – Ваше извинение принято.
Эмма чуть дольше положенного задержала взгляд на лице Алекса, но тут же, почувствовав смущение, уставилась на его галстук.
– Попробуйте улыбнуться мне, – посоветовал Алекс. – А если вы не в силах это сделать, то хотя бы почаще смотрите на меня. Сейчас мы с вами предмет внимания всего зала и не должны ударить в грязь лицом.
Эмма подняла голову.
– Так много лучше: обидно держать вас в объятиях и не видеть ваши глаза…
Эмма несколько секунд молчала, затем неуверенно произнесла:
– Возможно, вы правы, ваша светлость.
– Я предпочел бы, чтобы вы называли меня по имени. Глупо называть меня «ваша светлость», когда я обращаюсь с вами запросто.
– Но я ведь не давала вам разрешения обращаться ко мне по имени, – напомнила ему Эмма.
Герцог добродушно усмехнулся:
– Едва ли мне требуется разрешение после того, что произошло между нами менее часа назад.
– Я бы предпочла это забыть.
– Неужели? Не обманываете ли вы себя?
– Ничуть. Вы позволяете себе слишком много, ваша светлость, – возразила Эмма спокойно и с достоинством. – Поверьте, вы совсем меня не знаете.
– Тем более мне хотелось бы узнать вас получше. – Герцог привлек Эмму ближе к себе.
– Мне кажется, вы намеренно стараетесь подавить мою волю.
– И успешно?
Несколько секунд Эмма пристально смотрела на него.
– Да.
