– Вы вели себя омерзительно. Не знаю, что вы ей сказали, потому что об этом она не стала рассказывать, но, должно быть, это было что-то ужасное. Теперь она ходит по дому с таким мрачным лицом, какого я никогда у нее не видела, и то и дело принимается плакать. Мы же делаем все возможное, чтобы она забыла о вашем скверном поступке. К счастью, нам удалось… – Тут Белл внезапно осеклась.
– К счастью – что? – Алекс нахмурился.
– Послушайте, оставьте нас с Эммой в покое. – Белл вырвала руку из руки Алекса и направилась обратно в зал.
– Очень сожалею о грубости Эшборна, – сказала она, подходя к Вудсайду и заглядывая в его бледно-голубые глаза. – Герцог спрашивал меня о кузине, за которой он волочился.
Вудсайд устремил на Белл пронзительный взгляд:
– Кажется, она отвечает ему взаимностью."
"– Точнее, отвечала. По правде говоря, именно поэтому она нынче вечером осталась дома. И вообще сегодня я не хочу говорить об Эмме. Давайте лучше поговорим о вас, милорд: Нед так много мне о вас рассказывал…
В глазах Вудсайда появился лихорадочный блеск.
Неужели его план сработал?
– Что ж, спрашивайте, – предложил он, с трудом скрывая торжествующую улыбку.
Заметив, что Алекс торопливо направляется к ним, Данфорд вздохнул.
– Вудсайд, вы не станете возражать, если я украду у вас леди Арабеллу на тур вальса? Знаю, что Эшборн только что воспользовался вашей любезностью, но, по правде говоря, мне тоже необходимо с ней поговорить.
– Но я вовсе не хочу танцевать, – громко произнесла Белл.
– Нет, дорогая, хотите.
– Уильям и не думал сдаваться: он тут же увлек ее на площадку для танцев.
Глядя, как добыча ускользает от него, Вудсайд раздраженно вздохнул. Он уже собирался отправиться на поиски выпивки, когда рядом с ним возник Алекс.
– Прошу меня простить, – сказал Алекс с натянутой улыбкой. – Уверен, что вы предвкушали вечер в обществе леди Арабеллы, и вдруг такая незадача. Сказать по правде, Вудсайд, это моя вина: вы ведь знаете, что я ухаживаю за кузиной леди Арабеллы…
На лице Вудсайда появилось некое подобие улыбки.
Он никогда не верил, что могущественный герцог Эшборн собирается жениться на какой-то шлюшке из колоний, не имеющей титула, и поэтому не считал нужным говорить об Эмме почтительно.
– За этой американской девчонкой? По виду она лакомый кусочек, но я бы не подумал, что такой человек, как вы, мог ею заинтересоваться.
Алекс с трудом подавил желание вырвать у негодяя язык.
– Видите ли, мы немного повздорили, и она не желает со мной разговаривать.
