Теперь по-человечески, в смысле, по-колдовски: красиво взмахнув чуточку изуродованной магической палочкой.
К слову, у артефакта обнаружилась удивительная способность: щепки, отхваченные кухонным ножом в приступе раздражения, за ночь заросли. Палочка покрылась древесными заплатками, и я с беспокойством ждала, не начнет ли она обрастать корой.
Наконец раздался долгожданный стук. Я бросилась открывать. Едва не сбила на подлете к порогу Харриет, задела плечом фанерную бабу, та уткнулась физиономией в стену. С чарующей улыбкой открыла дверь и сладко пропела:
– Привет…
На пороге стоял взопревший Броди и обмахивал лицо утренней газетой.
Низкие чувственные ноты в моем голосе заставили его застыть, как примороженного. На худой шее дернулся кадык, взгляд замер на вырезе сарафана. Самодельное опахало остановилось на полдороге к физиономии.
На смятом газетном листе была напечатана нечеткая гравюра нашей разнесчастной повозки. Облепленная чайками, она беспрестанно махала огромными крыльями и, выставив оглобли, куда-то целенаправленно летела.
– Доброе утречко, госпожа Мариса, – осторожным шепотом отозвался гид.
– Что это у тебя? – Я выдрала газету из его пальцев и посмотрела колонку с названием «Неопознанный летающий объект опознан!» – Разносишь туристам почту?
– А? – Он наконец тряхнул головой, словно пытаясь вернуть ясность мыслям. – У вас сегодня экскурсия.
Я хмуро проследила за его рукой, указующей в сторону туристического вагончика с извозчиком и лошадкой на дороге возле «Ваенды».
– Какая еще экскурсия? – вынырнула из-за моего плеча Харриет.
– В высокогорный храм, – охотно подсказал Броди.
Он без запинки, демонстрируя прекрасную дикцию, произнес название древнего дворцового комплекса, которое в путеводителе я сумела прочесть только с третьего раза, пропустив половину согласных.
– Уже все оплачено! – добавил он. – Обед и ужин тоже включены.
Подруги собрались за пять минут.
Туристический вагончик увез их карабкаться по горам и ловить новые впечатления на старых развалинах, а напротив дома вновь остановился экипаж.
Теперь-то из салона выбрался тот, кого я ждала, в уже знакомых лимонных штанах."
"Тогда-то меня только посещали смутные подозрения, но сейчас скажу с полной уверенностью: желтые портки – дурной знак. Примите добрый совет: если заметите на улице, прячьтесь!
Привалившись плечом к дверному косяку, я наблюдала за Харви. Он приближался уверенной поступью. Откинул упавшую на лоб прядь волос, вкрадчиво улыбнулся.
