– Вот, привезли всем костюмы, надо, чтобы процессия выглядела торжественно.
И она стала раскрывать коробки.
– Казик все замечательно придумал, все предусмотрел, надо только примерить, подходят ли размеры.
И мы начали разглядывать принесенное.
В понедельник утром я принялась искать на справочной дискете Светлану Оболенскую. Не могу понять, по какому принципу составители отбирали для дискеты адреса. Но то, что там не все москвичи, это точно. Однако дама с такой фамилией оказалась, причем одна, и проживала в непрестижном спальном районе.
Я собралась и поехала. Маленький проулочек заполняли типовые блочные строения. Дом, где обреталась Светлана, устроился между прачечной и булочной. Прямо перед подъездом раскинули свои палатки торговцы.
Светлана жила на втором этаже, и окна квартиры выходили как раз на гудящий рынок. Не найдя звонка, я постучала. Дверь распахнулась сразу, как будто меня ждали. На пороге возникла необыкновенно худая женщина с изможденным лицом. Ее давно не мытые волосы висели клоками, от дамы исходил неприятный запах потного тела.
В квартире удушающе пахло кошачьей мочой, лекарствами и сигаретным дымом.
– Ну, – спросила тетка, подтягивая лосины, – чего надо?
– Я ищу Светлану Оболенскую.
– Ну, я Светлана, а вы кто? Неужели тетушка, старая карга, отбросила тапки и оставила мне квартиру?
– Нет-нет, я не из адвокатской конторы, я от Нелли Резниченко.
– Нелли? – удивленно воскликнула женщина. – Это было давным-давно, в другой жизни, та Светлана умерла. Впрочем, проходите и расскажите, что понадобилось Нелли.
Ведь ей что-то надо, почему не пришла сама, а прислала вас?"
"И госпожа Оболенская посторонилась, впуская гостью в маленькую и грязную комнатенку. Похоже, у нее и правда серьезные проблемы с деньгами. В гостиной, служащей одновременно и спальней, не было никакой мебели, кроме дивана, двух стульев и стола. С потолка свисала на проводе голая электрическая лампочка. Ни ковра, ни телевизора, ни электрообогревателя. В комнате царил жуткий холод. Но, несмотря на почти нулевую температуру, Светлана была одета в легкую трикотажную кофту и тонкие лосины.
Она плюхнулась на диван, я осторожно села на колченогий стул. Стол покрывали разнообразные засохшие пятна от майонеза, кетчупа, горчицы. Похоже, здесь едят без тарелки, прямо на столешнице.
– Ну, – нетерпеливо проговорила Светлана, – как поживает Нелли?
– Она умерла, – просто сказала я.
– Как? – удивилась госпожа Оболенская.
– Упала из окна своей квартиры.
