Правда, последние месяцы ей на самом деле не моглось. Через день «Скорую» вызывали, соседка-медсестра ходила, уколы всякие не бесплатно. Последнюю ночь Кристиночка с ней до конца пробыла, держала за руку. А та все что-то шептала, шептала… Бедный ребенок просто в лице переменился, потом полдня проспала и говорит:
– Мамочка, – она меня «мамочка» называла, – поеду Никиту навещу в больнице.
Парнишка за Кристиночкой ухаживал, так у него аппендицит приключился.
– Конечно, – говорю, – поезжай, рыбонька.
Она съездила, а на следующий день ушла, не сказав куда.
Все, больше не увиделись.
Алевтина опять зарыдала. Я встала и пошла на кухню, должны же быть в холодильнике какие-нибудь капли. На полках и впрямь отыскалась настойка валерьянки. Но когда я вернулась в комнату, тетка уже успокоилась.
– Тяжело терять ребенка, – покачала она головой. – Кристоньку все любили. Соседи цветов на похороны нанесли. Смотрите, какой букет. Наверное, Никита разорился.
– Подскажите, как найти юношу."
"– И искать не надо, в соседней квартире живет с матерью.
Мальчик хороший, но мамаша!..
Тетка покачала головой.
– Гуляет?
– Нет, никогда. Наоборот, такая вся из себя. Идет по двору, ни за что головы не повернет, поздороваться лень. Ни с кем не общается. И чего из себя королеву корчит, уж мы-то знаем все про нее, всю жизнь почти рядом живем. Если хотите, идите сейчас, Никита дома, а Роза на работе. Она медсестра в больнице. Подрабатывает уколами, с этого и живут, а мужа у нее отродясь не наблюдалось, – рассплетничалась женщина.
Я пошла к соседней двери, раздумывая о свойствах человеческой натуры. Осуждая соседку за ребенка, рожденного вне брака, Алевтина забыла, что и ее сестра никогда не носила обручального кольца.
Дверь мне открыл молоденький парнишка. В комнате работал телевизор. Очевидно, мать и впрямь хорошо зарабатывала. В квартирке красовалась довольно дорогая мебель. На полках теснились книги, в основном дамские романы.
– Надо посоветоваться с тобой, – обратилась я к юноше. – Хочу помочь Алевтине, тетке Кристины.
Не знаешь, что лучше – оплатить памятник или просто дать сумму в конверте?
– Конечно, деньгами, – проговорил юноша, – она нуждается, зарабатывает мало.
– Ты любил Кристину?
– Ее все любили, и, кто мог ее убить, ума не приложу!
– Она приходила к тебе после смерти матери?
– Ага, прибежала невменяемая. Плакала, плакала, а потом жуткую чушь понесла!
– Какую?
Никита махнул рукой.
– Зачем вам? Скорей всего у Тины просто крыша поехала, такой стресс пережила.
