Удивленный таким наездом, Александр Михайлович принялся заполнять бесконечные бумажки.
Часы показывали около часа, и, выйдя из милиции, я решила отправиться к Антону – отцу Кристины и мужу Нади. «Пежо» долго плутал по незнакомым переулкам, но наконец добрался до улицы Крутикова. Не трущобы, конечно, но и не средний класс. Хотя дом № 3 с детским садом на первом этаже выглядел респектабельно – на двери подъезда был домофон.
– Кто там? – прокаркал динамик.
– Милиция, – ничтоже сумняшеся выпалила я в ответ.
Подъезд открылся.
Надо же! На лестнице лежала ковровая дорожка, потертая, старая, но все-таки дорожка. Поднявшись на второй этаж, в проеме распахнутой двери я увидела… Еву.
– Детка, что ты тут делаешь?
– Простите, – ответил ребенок тоненьким голоском, – я здесь живу, а вам кого надо?
Я пригляделась, нет, конечно, это не Ева, но как похожа! Те же волосы, глаза, нос. Даже мимика совпадала. Стоявшая в дверях девочка морщила лоб и улыбалась, как дочка Резниченко, а когда она двинулась внутрь квартиры, я обратила внимание, что и походка у нее была точь-в-точь как у Евы.
Ребенок передвигался боком, словно ей связали ноги в коленях. Никогда не видела столь похожих детей.
В просторной комнате, битком набитой мебелью, сидела у телевизора крупная женщина лет шестидесяти пяти.
– Тетя из милиции, – сказала девочка.
Я вспомнила Носорога, вытащила из сумочки красное удостоверение сотрудника Дома наук о человеке и помахала им на благоразумном расстоянии от носа дамы. Но та не проявила бдительности.
– Садитесь, садитесь, – радушно пропела она, откладывая вязанье, – чем обязана?
– Антон Федоров здесь живет?
Женщина вздохнула:
– Жил, да, это была его квартира.
– А где он сейчас?
– На кладбище. Зять скончался три года тому назад, попал в автомобильную катастрофу. Гнал с недозволенной скоростью по мокрой дороге и врезался в опору моста. Сам умер сразу, а дочка моя еще неделю в больнице промучилась перед смертью, бедняжка. А зачем вам Антон?
– Скажите, зять никогда не рассказывал вам о первой жене?
– Да она сама много раз сюда заявлялась.
Стоило Антону получить наследство, как Надя живо вспомнила про алименты.
– Какое наследство?"
"Словоохотливая женщина уселась поудобней и предложила чашечку кофе. Но я вспомнила Носорога и гордо сообщила, что нахожусь при исполнении.
В рассказе дамы сквозила неприкрытая ненависть к Наде. Оказывается, Антон не оформлял с ней отношения официально. Брак остался гражданским. Рождение девочки никак не повлияло на мужчину.
