И уже не чувствую совсем боли, как будто и не было ничего.
Переоделась быстро к завтраку. Хорошо, что обретенную татушку на пупке не видно под платьем. О том, что она появилась непонятно как и зачем лучше промолчать. Нутром чую, что этот цветок появился не просто так.
На завтраке опять не было Олинирии. Видимо любит верховная жрица поспать подольше.
После завтрака все девицы отправились в школу. Сегодня у нас вылазка за семисилом. И нужно как-то отстать от группы. Не терпится повидаться с Ниларией, интересно, что она скажет.
В школу мы даже не заходили, сбор группы прошёл во дворе. Метресса Калиния выдала инструкции, как правильно собирать семисил, как вести себя в лесу. Разделила всех по парам, построила, и мы дружно пошли на практику.
Ушли мы не очень далеко от поселения, на северо-восток. Лес густой, почти тропический, здесь же круглый год лето. Метресса приказала всем остановиться на поляне, построила нас в круг.
— Девочки, смотрите, — она сорвала какой то невзрачный жёлтый цветок. — Это и есть семисил.
Помните, что рвать нужно не более десяти сантиметров от цветка. И цветок должен быть полностью распустившимся, не увядающим. Это очень важно, иначе зелья получатся слабыми и неэффективными. Всё понятно?
— Да, — раздались кругом голоса ведьмочек.
— Хорошо, можете собирать, только не уходите далеко от этой поляны, — Калиния принялась рвать цветки. Хоть она и метресса, но, в первую очередь, она ведьма. И ей тоже нужны травы.
Девчонки разбрелись по парам в разные стороны, аккуратно срывая цветы.
Я тоже принялась за работу, но передвигаясь к лесу.
На меня никто не обращал внимания. Постепенно я зашла в лес и уже шагом пошла от поляны прочь. Отойдя почти на полсотни метров, остановилась. Что делать? Где Нилария ждёт меня? А если она на другой поляне меня ждёт?
— Онанна? — неуверенно окликнул меня голос.
Я обернулась и увидела женщину средних лет в зелёных брюках и коричневой блузке.
— Лианирия? Это правда ты? — с надеждой спросила блондинка, волосы которой были заплетены в тугую косу.
— Нилария? — Выдохнула я и кинулась к прабабушке.
Остановилась перед женщиной, глядя на её зелёные глаза и сеточку тонких морщинок, обрамляющие грустные глаза.
— Как ты похожа на мать, — её глаза задрожали и наполнились влагой. — Можно я тебя обниму?
Я сама прильнула к плечу прабабушки. От неё исходила волна тепла и умиротворения, что мне захотелось самой обнять её.
— Ты уже совсем взрослая. У нас мало времени, — спохватилась она, обняв меня ещё крепче.
