Ты смог бы ее забыть. Смог же отвернуться от меня. После того, как Накер лишил бы ведьму девственности на твоих глазах. Я бы утешила. Зачем ты вмешался?
Накер скрючился, сидел на полу у стеночки, руками зажимал между ног, дыхание вырывалось с трудом. Надеюсь, больше он никого не сможет лишить девственности. Чтоб у него там все отсохло."
"Рамина зашипела, бросила украдкой недовольный взгляд на Накера, снова уставилась на меня:
— Этот идиот даже не учуял беременность своей самки… Шарди, мы бы с тобой могли быть снова вместе.
Забрали бы ребенка. Я знаю, как ты жаждешь детей.
Я с недоверием посмотрел на белобрысую подружку, которая забилась в кресло с ногами, беззвучно всхлипывала с опаской наблюдая, как Рамина сжимала шею студента. Её так запугали, что и внушения никакого не понадобилось, чтобы сидела смирно. Принюхался. Девушка и, правда, понесла. Чувствовался привкус драконьей крови. Но у нее не было метки.
— Хочешь сказать, любая человеческая женщина может родить ребенка дракону? Не только истинные?
Драконица так и сжимала студенту шею.
Я контролировал, чтобы не удушила ненароком в порыве чувств. Слишком у него умная голова — не хотелось терять талантливого ученого. Аккуратненько послал вперед небольшой поток магии, который проскользнул между пальцев Рамины, обвился тонким щитом вокруг горла парнишки.
Теперь она не причинит ему вреда. Намеренно или случайно. А пока пусть думает, что может свернуть парнишке шею.
Слова полились потоком, их пропитала горечь Рамины:
— Пусть и редко получалось, но драконы столетиями брюхатили человеческих женщин.
Выживали только те, кому повезло остаться под защитой дракона и питаться его кровью, пока ребенок не появится на свет. Такие бастарды существуют. Но их единицы. Потому, что драконы не хотят плодить ублюдков со смешенной кровью. Кто-то даже не подозревает о том, что такое возможно. Остальным легче просто забыть про мимолетную связь и дать природе самой уничтожить бракованный экземпляр. Умирает самка, умирает плод.
Я сплюнул. Вот какой вопрос следовало вынести на обсуждение Совета.
Рамина не могла остановиться, ей надо было выговориться:
— Ты думаешь, только драконы такие снобы, что предпочитают отвернуться от человеческого бастарда? Я раньше была такой же наивной дурочкой, как и ты, Шарди. Я встретила истинного среди людей. Мы были счастливы, хотели детей. Я ошибалась. Хотела только я. Я не считала ребенка, которому суждено родиться от истинной пары бастардом. Зато, человек думал по-другому.
