Сквозь сомкнувшиеся кроны были видны звёзды, вокруг царила глубокая ночь, наполненная звуками леса. И, невзирая на отсутствие привычных удобств, мне здесь очень нравилось.
– Магнолия, скажи, ты знаешь, почему тебя хотят похитить? – неожиданный вопрос Оникса, заданный спокойным участливым тоном, гармонично вплёлся в музыку лесной ночи и потрескивание костра.
– Для того, чтобы забрать мой дар. Я же рассказывала про сны.
– Получается, есть вероятность того, что этот некто после неудачи с тобой просто переключится на другую молодую ведьму? – озвучил предположение мой ночной собеседник.
– Не думаю, – я отрицательно мотнула головой. – Ему… то есть ей, нужен именно мой дар.
– Почему? – он смотрел на меня с таким интересом, будто ему на самом деле было очень важно понять.
– Есть причины, – ответила я уклончиво.
– Я должен их знать, – твёрдо проговорил Бран. – Иначе не смогу нормально обеспечить твою безопасность.
С одной стороны, он был прав, но с другой – признание могло обойтись мне очень дорого.
Пришлось выкручиваться.
– Скажем так, у меня особенный дар. Редкий, в чём-то даже уникальный. Отчасти, именно поэтому отец так и не смог найти мне наставницу. В столице ни одна из ведьм ни стала браться за моё обучение.
– То есть, охотиться на твой дар может одна из них? – он пошурудил палкой угли и подкинул в костёр несколько веток.
– Нет, каждая из тех, к кому обращался отец, давала ему магическую клятву, что сохранит информацию о моём даре и не причинит мне вреда.
Я смотрела, как огонь облизывает сухие дрова, и вспоминала первые встречи с возможными наставницами.
Когда мне исполнилось десять, и стало очевидно, что я не вижу энергетические потоки, папа пообещал во всём разобраться и помочь справиться с таким «недугом». Сначала ездил вместе со мной к именитым целителям, но те отправили его к учёным магам. Они-то и подсказали, что дело не в «слепоте», а в том, что я ведьма.
После этого папа начал искать других ведьм, назначал им встречи, показывал меня, обещал огромные деньги за обучение.
Многие даже соглашались… но на первом же занятии возвращали гонорар и отказывались со мной заниматься, ничего не объясняя. Лишь одна старая ведьма Ирена, которую папа привёз из северной провинции, соизволила разъяснить причину. Вот после её слов отец перестал искать для меня наставниц, а я поняла, что мой дар – настоящее проклятие.
– Тогда я тоже готов дать клятву, что не раскрою никому твою тайну и не причиню тебе вреда, – предложил Оникс.
