Удивительно, но, ещё не уехав из столицы, я уже будто бы попала в совершенно другой мир, чужой и непонятный. Вот только это было лишь началом.
Ладони от волнения вспотели, пришлось сжать их в кулаки. Из-за жары ткань платья липла к спине. И, чем ближе я подходила ко входу в вагон, тем быстрее в груди стучало испуганное сердце.
– До отправления две минуты, – строго сказал стоящий у двери проводник.
Я растерянно глянула на папу. Он остановился, опустил мои вещи на бетонный пол и привлёк меня к себе.
– Твои сопровождающие в соседнем купе.
По всем вопросам обращайся к ним. Корвин обещал, что эти двое не подведут, в них он уверен как в самом себе. Но и ты не давай им спуску. Помни, они работают на тебя, и платим мы им очень приличные деньги. Если вдруг будут плохо себя вести, пригрози снижением оплаты. Но лучше постарайся найти с этими ребятами общий язык.
– Сделаю для этого всё возможное, – ответила я.
– По прибытии на место сразу зайди в кафе «Синяя птица». Оно принадлежит моему приятелю, именно через него будешь передавать нам письма.
Сама знаешь, что писать можно, а чего нельзя.
– Да, – я кивнула, посмотрела отцу в глаза… и снова крепко его обняла.
– Идём.
Папа сам занёс мои вещи в купе, которое выкупил для меня одной. Обнял ещё раз, и тут раздался окрик проводника, извещающий об отправлении. Отец тут же поспешил на выход, а я прилипла к окну… за которым мне махали мама и сёстры.
Раздался гудок, поезд тронулся, родные остались на перроне, а я… А я, наконец, полностью осознала, что моя жизнь больше никогда не будет прежней.
Села на диван… и всё-таки расплакалась.
***
Паровоз набирал скорость. Стук колёс уже слился для меня в единый неприятный гул, как и звуки голосов за пределами моего купе. В окне мелькали зелёные луга, убранные поля, деревни, мосты, дороги, а я смотрела на всё это и будто не видела.
Чем дальше поезд уносил меня от родного города, от родителей и сестёр, тем более потерянной и беспомощной я себя ощущала. Великие Стихии, да мне на каждой станции до безумия хотелось просто взять вещи и сойти.
Я даже представляла, как выйду на перрон, вдохну воздух чужого города, провожу взглядом последний вагон своего поезда и пойду покупать обратный билет. Только понимание, что цена возвращения может оказаться непомерно высокой, заставляло оставаться на месте.
Нет, дело было не в деньгах. Вот как раз их-то у меня хватало. Но вернуться я всё равно не могла… как бы сильно ни хотела.
Вдруг в дверь постучали.
