Просунув руку, он слегка отодвинул девушку и сжал ее груди… Тело его содрогнулось с необычайной силой. Ему было мало просто облизать ее затвердевшие соски, почувствовав, как трепещут они от дразнящего прикосновения. Ему всего было мало, пока он не обхватил один сосок ртом и не стал покусывать его, еще больше возбуждая Руби."
"Девушка вскрикнула и задрожала. Быстро задрав ее юбку, Сандер запустил руку в неожиданно скромные, простые белые трусики и сжал упругие ягодицы. Охваченный страстью, порожденной гневом, он отнес Руби на кровать и принялся осыпать поцелуями ее накрашенный губной помадой припухший рот, одновременно срывая с себя одежду.
В нем горел огонь — огонь ярости, — и Сандер совсем не думал о девушке, чье тело распростерлось под ним. Он знал только одно: овладев этим телом, он испытает облегчение.
Руби обвила Сандера руками и уткнулась лицом в его плечо, когда он разделся донага. Она притворялась, что ей стыдно смотреть на него. Но Сандер не был заинтересован в таких играх.
Для него девушка была просто средством получить разрядку. А насчет того, что он чувствовал, когда она прикасалась к нему… Мускулы его напряглись при воспоминании о том, к какому результату привели ее интимные ласки. Его тело уже не могло ждать и не нуждалось в дальнейшей стимуляции. До этой ночи Сандер считал, что такое просто невозможно…
Он нахмурился. К чему ворошить прошлое? Сандер, повернув к себе монитор, попытался просмотреть почту, но не смог сконцентрироваться на работе.
Разум отказывался повиноваться, в памяти вновь всплывали воспоминания, и их невозможно было отогнать. Снова и снова перед мысленным взором появлялась Руби. Он опять вернулся на шесть лет назад, в Манчестер, в гостиничный номер. Сандер закрыл глаза…
В смутном свете тело Руби казалось алебастровым, кожа ее была гладкой, без единого изъяна, тело — изящным и женственным. Свет от лампы падал на мягкий холмик между ее ног, скрытый белыми трусиками, и Сандер быстро стянул их.
Он взглянул на спутанные волосы, падавшие на лицо девушки, и был удивлен, обнаружив, что она — натуральная блондинка. Сей факт слегка обескуражил его, поскольку это не сочеталось с внешним видом Руби — ярким макияжем и вызывающей одеждой.
Но если натуральный цвет волос Руби противоречил его мнению о ней, то ее срывающийся голос, наполненный благоговейным страхом, вызвал у Сандера презрение.
Сгорая от нетерпения, он вошел в нее.