Взвился на длинном копье красный вымпел – «Стоп»! За ним сразу – зеленый – «За мной!»… По велению князя, головной струг резко свернул к левому берегу… за ним и весь флот…
Из засеки досадливо-запоздало пальнули пушки.
– А зачем мы – так? – тряхнув кудрями, недоуменно спросил Дмитрий. – Можно было бы на пристани высадиться и…"
"Вожников с усмешкой махнул рукою:
– А не слишком ли эта пристань пуста? И будь ты на месте мятежников, неужели не выставил бы на ней тяжелые дальнобойные пушки?
– Ну и выставил бы!
– И они бы выставили.
Никогда не считай врагов глупее себя, Митя! – вглядываясь в заросший густым камышом берег, наставительно заметил князь. – Если они что-то не сделали, значит – зачем-то? Смотри-ка, вроде как приглашают нас – добро пожаловать, гостюшки дорогие… И что там ждет?
– Засада!!! – сконфуженно выпалил княжич.
– Вот именно, – Егор улыбнулся. – Ну что, высаживаемся. Всем быть начеку… проводники – вперед!
По широкому сходню князь спустился на песчаный берег – узкая кромка, а затем сразу – рвущийся к небу утес.
Если б враги поджидали именно здесь… мало бы не показалось, а так… Слава богу, проводники хорошо знали здешние тропы – сверкающей доспешной чешуей змеей воины судовой рати вползали наверх, быстро и неудержимо…
– Там какие-то люди, князь! – обернувшись, доложил сотник. – Вон, за деревьями.
– Вижу…
Князь вытащил из-за пояса подзорную трубу – подарок венецианского дожа – и, приложив ее к правому глазу, недоуменно хмыкнул:
– Не может быть!
Там, за деревьями гарцевал на белом коне одетый в кольчугу всадник с непокрытой головою.
Красивое белое лицо, пышная шевелюра цвета пшеничного поля в солнечный день… чернее брови, небольшая щегольская бородка, усы… А он почти не изменился… ишь ты – жив.
– Янды-ы-ыз! – опустив трубу, закричал Вожников. – Рад, что ты жив, царевич!
Услыхав его крик, всадник вздрогнул, спешился… и исчез… почти сразу возникнув из зарослей прямо перед Егором.
– Князь Георгий! Теперь вижу – ты! А я думал, ты поведешь рать через пристань.
– Я тоже так думал. Ты с нами, славный воин?
– Нет, – отрывисто бросил Яндыз. – У тебя свои дела – у меня свои. Еще жив мой враг Джелал, коего я поклялся убить, да так и не исполнил. Да и с жирным Саид-Ахметом надобно поквитаться тоже.
– Так и поквитался бы.
– Они уйдут от вас. Они хитры, как шакалы. Исчезнут, как только почувствуют, что запахло жареным. А я найду их. И убью.
