Поцеловал девчонку в плечо, погладил по спинке… нежно поласкал набухшую грудь… С тихим шорохом упало под ноги платье… Оба повалились в траву, тесно прижимаясь друг к другу и чувствуя теплоту кожи… нет! Жар!
Качнулась в небе луна, побледнели звезды, и где-то за горами алой пока еще едва заметною ленточкой подобрался рассвет.
– Ой! – вздрогнула Альма. – Что ж, мы с тобой уснули… прямо здесь?
– Тебе неуютно, краса моя?
– Уютно. Только ты на моем платье лежишь… Ай! По мне ползет кто-то… прямо по спине, меж лопатками… верно – паук!
Егор хохотнул:
– Это пальцы мои, милая.
– Да? Тогда пусть ползут… ниже, еще ниже… ах…
Назавтра труппа Корнелиуса, дождавшись возвещавшего окончание рабочего дня трехкратного звона колокола собора Святой Девы Марии, принялась вновь окучивать горожан, только уже несколько по-иному. Герр драматург внес в постановку некоторые дополнения, и ныне разворачивающееся на сцене кибитки действо выглядело примерно так:
– А вот перед вами, достопочтенные зрители – зажиточный дом вдовы, – вдохновенно вещал Егор.
– Стены его обиты прекрасным темно-голубым бархатом ценою полтора флорина за локоть, приобретенным вдовой в лавке почтеннейшего и уважаемого всеми купца, председателя гильдии, герра Вольфганга Эйке! Вот и сама вдова, одетая в платье из белого дамаска, ценою два с половиной флорина за локоть, но купленного все у того же господина Эйке за гораздо меньшую цену – нынче скидки, мои господа!
Князь нарочно называл цены во флоринах – флорентийских золотых монетах – подобные же чеканились и в Венеции, так их называли дукатами (на востоке Европы – цехинами), делали их и на монетных дворах владетельных германских князей, и в вольных имперских городах, и называли просто и без затей – «гульдены» – «золотые».
Но сказать «флорин» считалось куда круче – они в те времена котировались, как в современной России доллары.
– Ах, какие прекрасные благовония, – вдыхая, округляла глаза «вдовушка» Альма. – Где ты купил их, милый?
– Как где? – ахал «Ипполит» Айльф. – Конечно же в лавке славного купца герра Иоахима Миллера, что у Красных ворот.
