Ты помнишь, где ветки?
– Ага…
– Только быстро не иди, ладно? Ой…
– Что такое?! – подросток озабоченно повернулся к неожиданно вскрикнувшей девушке. – Ты ушиблась, да?
– Нога… подвернула немного.
– Ой… Идти можешь?
– Не знаю…
– Так обопрись на меня, ага…
Аманда с удовольствием это и сделала, а Лупано, придерживая, обнял ее за талию и покраснел. Впрочем, смеркалось уже и красного лица его никому не было видно – даже хитрой юной ведьме, чего уж говорить об остальных.
– О, и эти явились! – увидав вынырнувшую из кустов парочку, ухмыльнулся Альваро.
– Гляди-ка, обнявшись! А где ветки-то?
– Сейчас принесу. У Аманды с ногой что-то.
Сидевший у костра Егор обернулся:
– Я посмотрю.
– Нет-нет, – присаживаясь рядом, тут же возразила девчонка. – Мне лучше уже, к утру, думаю, все пройдет.
– А если не пройдет?
– Пройдет. Я же – знахарка, забыли?"
"Поужинав, беглецы улеглись спать прямо под открытым небом, на ветках, предоставив Аманде устроенный специально для нее шалаш. Мерцая синеватыми углями, тихо шаял костер, в темном ночном небе горели звезды, и узенький серп растущей луны покачивался над вершинами близких гор, светясь в легком тумане, словно ближний свет автомобильных фар.
Вожников вдруг вспомнил дом – не этот, на Руси, в Новгороде или в Заозерье – а тот, где пилорамы, джип, лесовозы с фискарсами, друзья-реконструкторы… Эх, не повелся бы на уговоры бабки Левонтихи! Хотя… не больно-то она его и уговаривала – сам захотел чудесные способности обрести. Обрел вот. Сам себе – злой Буратино, винить некого.
А, с другой стороны, и не за что. Раз уж так сложилось, что здесь у него и семья – дети, Елена – супруга любимая, друзья опять же… много, много друзей, но еще больше тех, кому князь – император! – очень и очень нужен.
Чтоб защитить, чтоб все для жизни устроить, шутка ли – повелитель полумира! Это ж какая ответственность, и грустить о прошлом особо-то некогда – здесь дел неотложных полно, и все решать надобно. Ладно…
Вот с Испанией разобраться, да взять себе отпуск месяца эдак на три! Махнуть с Ленкой да детьми в Заозерье – в бане париться, мед-пиво-брагу пить, на рыбалку с верной дружиной податься.
Хорошо, эх!
У догорающего костра возникла чья-то фигура, уселась на корточки… в антрацитово-черных глазах отразились синие угли.
– Ты что не спишь-то, Фелипе? – выглянув из шалаша, прошептала Аманда.
Малыш пожал плечами:
– Не знаю, не спится что-то. А ты чего?
– Я думаю – кто тут ходит? Вроде Энирике сейчас стражу несет – его очередь.
