Пока ели, пока разговаривали, потом Лерба принялась убираться – и гость ей во всем помогал, – а ближе к вечеру наконец-то явился господин Георг, вызвавший Бруно к себе в кабинет для особого разговора.
– Лерба сказала, парень ты смышленый, – разглядывая парнишку, ухмыльнулся Егор. – Это хорошо, как и то, что страха я в твоих глазах не вижу. А вот грамоты ты не знаешь. Это плохо! Придется учить.
– Учить? – осмелился переспросить отрок.
Князь усмехнулся:
– А ты думал? Как говорил… один известный кое-где человек – учиться, учиться и учиться! Да ты не переживай, не один будешь, есть еще такие же смышленые, как и ты… примерно твоего же и возраста.
Учителя я уже вам нашел – а за учение их будущего жалованья высчитаю. Не корысти ради, а чтоб знали, что просто так в этой жизни ничего не дается, понятно тебе?
– Угу…
– С недельку подживешь здесь, в людской, а потом я для вас что-нибудь типа общежития придумаю. К делу приставлю, чтоб не только учились, но еще и работали… кому сейчас легко?! Все понял, Бруно? Тогда иди, Лерба проводит.
Выпроводив парнишку, князь задумчиво посмотрел в окно, на видневшийся над красно-коричневыми черепичными крышами шпиль собора. Не-ет, благотворительностью Егор вовсе не занимался, все эти мальчики нужны были ему для дела, обучая их, «господин Георг» работал на свое будущее – он вовсе не собирался задерживаться в Германии более чем на полгода. И так уж слишком задержался… ничего, теперь недолго осталось уже – финансовые дела налажены, еще чуть-чуть – и сильные мира сего на крючке.
На русском крючке, а не у герра Ганса Фуггера! А крючок тот – золотой, серебряный – и для контроля верные люди нужны, всем князю обязанные… такие, как вот этот Бруно… или даже Лерба – девушка она очень умная.
– Я его проводила, мой господин, – вернувшись, доложила служанка.
– Хорошо, – покивав, Егор улыбнулся и спросил в лоб: – Тебе нравится этот мальчик, Лерба?
– Да ничего, на лицо приятный… Но он же совсем малыш!
– Это он сейчас малыш, – наставительно заметил князь.
– А годика через три станет тебе добрым мужем.
– Но…
– Станет, станет, при мне же ты вечно не будешь жить! Ты его старше – воспитывай, делай таким, каким тебе надо: чтоб после советовался во всем, уважал и где-то даже побаивался. Тем более, он кажется, в тебя влюбился – вон как глазищами зыркал.
– Ой, – засмущалась девушка. – Ну, вы и скажете, мой господин.
Ночь принесла князю кошмар, навязчивый, липкий, полный ощущения страха и жуткой, нестерпимой боли.
