– Согласна попробовать… – шепотом закончила ведьма и, тут же вскинув глаза, попросила: – Только мне понадобится большой медный таз и зеркало, хорошо бы стеклянное…
– Все найдем, – потрепав колдунью по щеке, отец Йозеф подозвал палача. – Все слышал, брат Гуго?
Немой кивнул, почтительно приложив руку к сердцу.
– Ну, так иди, неси все, – махнул рукой настоятель. – А ты, Марта, не стесняйся, проси. Может, тебе нужно еще что-нибудь, ну, там, печень повешенного или кровь некрещеных младенцев – так ты только скажи, мы все доставим, лишь бы дело было!
– Н-нет, – затравленно посмотрев на монахов, девушка дернула головой.
– Кровь мне не нужна… и печень тоже. А вот добрая восковая свечка понадобится!
– О, – самодовольно улыбнулся аббат. – Этого-то добра у нас много. Из самого лучшего русского воска!
Где-то в коридоре, за дверью, что-то звякнуло, загремело – видать, брат Гуго, споткнувшись в полумраке, выронил из рук таз… Так и есть – вошедший с тазом под мышкой палач выглядел несколько смущенно.
Отец Йозеф укоризненно покачал головой и погрозил своему помощнику пальцем:
– Пил, что ли, сегодня, брат Гуго? Что головой трясешь? Ладно – воду тащи, и подай свечку… Тебе, голубушка, водица-то теплая нужна или сойдет и холодная?
– Любая… Только… – прикрывая торчавшую сквозь разорванное платье грудь, девушка облизала губы. – Я должна остаться одна.
– Ну уж нет! – аббат язвительно усмехнулся. – Даже не думай, без присмотра мы тебя не оставим. А вдруг ты умеешь раздвигать стены? Оставим тебя, вернемся – а уже и нет никого! Нет уж, голубушка, колдуй при нас… Я смотрю, ты как-то не очень-то охотно нам помогаешь! А ну-ка, брат Гуго, поджарь ее!
– Не надо! Нет! – упав на колени, взмолилась юная ведьма.
– Я сделаю все… попытаюсь…
– Вот-вот, душа моя, давай.
Поставив таз с водою на стол перед прислоненным к стене округлым зеркалом, колдунья бросила в воду волосы и, взяв в руки горящую свечу, принялась водить ею над тазом, приговаривая что-то про себя, словно бы молилась.
Монахи затаили дыхание, а брат Арнольд украдкой перекрестился.
– Заклиная тебя, заклинаю, – раскачиваясь, речитативом причитала ведьма. – Уходя – приди, приходя – уйди… Лунный свет – свечка, гори-гори…
– Ой, Господи, страсти какие, – еще раз перекрестившись, едва слышно прошептал брат Арнольд, уже не раз пожалевший, что согласился присутствовать при сем жутковатом действе. Впрочем, никто его особо-то и не спрашивал.
