Он уже знал от меня, что такое электричество. Я рассказывала ему о научных открытиях, его удивляло это точно так же, как меня – магия. Когда Норвин был болен, мы разговаривали о многом, мне нравилось погружать его в мир, который казался ему страшно загадочным. Я рассказывала о своих немногочисленных, но интересных путешествиях, о красивых уголках России и мира, даже несколько песен спела.
Еще поведала о Первой и Второй мировых войнах, о своем дедушке летчике. Как боевому магу, ему было интересно слушать об оружии даже из уст такого дилетанта, как я.
И с точки зрения местного обывателя наш мир казался ему поистине волшебным.
Говорили мы и о семье. Как бы это сопливо и розово ни звучало, но мне казалось, что я знаю его всю жизнь – настолько легко и приятно было с ним общаться.
– Скажи честно, тебя задевает то, что я уже была замужем?
Надо сразу поставить точки над «ё». Как-то раньше мы обходили столь деликатную тему.
Норвин вздернул бровь и отодвинул тарелку. Я даже не заметила, как она опустела.
– Чем лучше я тебя узнаю, тем меньшее значение для меня это имеет. Мне просто хорошо с тобой, Эллена.
Он замолчал. Молчала и я, а в голове стремительно кружились мысли. Только недавно я увидела то, чего не замечала раньше. Наверное, с мужчинами у меня не складывалось потому, что я сама в глубине души не хотела ничего серьезного, не хотела никого подпускать к себе слишком близко, смыслом моей жизни была работа. Да, я была замужем, у меня была семья, но как же далеки мы были друг от друга.
Я думала, что влюбилась, вышла замуж один раз, второй, потому что не хотела остаться старой девой и расстроить маму. И только сейчас нашла смелость признаться самой себе, что на самом деле не хотела этого всего, а мужчины были «не моими».
И детей они не смогли мне дать, потому что в глубине души я тоже этого не хотела и опасалась. Захотела только в сорок, да и то это было эгоистичное желание заткнуть пустоту в душе и спастись от одиночества.
А сейчас пустота исчезла сама.
– Знаешь, а у тебя черты лица поменялись, – Норвин хитро прищурился.
– Характер накладывает отпечаток на внешность. Ты стала более дерзкой, более яркой и интересной. Мне жаль ту прежнюю Эллен, девочка ни в чем не была виновата. Но она не привлекала меня, не воспламеняла кровь.
Хм, а я, значит, воспламеняю. Я это уже замечала, но услышать такие слова было приятно. Настроение немного омрачило упоминание бывшей хозяйки моего тела, но я решила, что о делах мы поговорим после.
