Тиин подскочил у меня на плече, как мячик на ножках, и выдал деловым тоном:
– У неопытных магов часто такое бывает. С концентрацией проблемы, поэтому человек выделяет магию всем телом, при этом расход сил в десять раз больше, а эффект тот же. Ты испытала стресс, толком не смогла сконцентрироваться, действовала по наитию, а не по науке.
– А ты мне для чего, меха комок? Кто отвечает за концентрацию?
– Ну прости, сплоховал. Перенервничал. С кем не бывает? Тем более у нас еще схема не отработана, ты ведь впервые применяла силу артефакта.
Я закатила глаза и хотела хлопнуть себя по лбу, но не успела. По закону жанра из-за угла на полном ходу в меня врезался нейт Лейн.
Попался, голубчик!
– Вы что, меня преследуете? – выдал он, даже не поздоровавшись. Увидел Пискуна и поморщился.
Я же бросила беглый взгляд на его руку – на раненом пальце тугая повязка. Неужели дела плохи?
– Как ваше самочувствие, нейт Лейн?
Лекарь проследил за моим взглядом.
– Лучше, чем вы думаете. Или ждете, что я умру от заражения крови? Не дождетесь!
– На самом деле ваша смерть мне невыгодна, – ответила я честно.
– Нам с вами еще сотрудничать. И если ваше состояние будет ухудшаться, обращайтесь. У меня в арсенале есть магия, которую вы не любите, но которая помогает.
Лекарь закатил глаза.
– Вы действительно самая настырная женщина на свете! Почему нейт Ойзенберг снова жаловался, что вы лезете не в свои дела и отбираете его пациенток? Заведите себе уже, в конце концов, ребенка, чтобы было чем заняться! И куда только смотрит ваш муж?
Я вздохнула.
Тяжелый случай, но не безнадежный. Жену ему надо, может, подобреет.
– Вы же сами убедились, что я не пустоголовая девица, которая приехала сюда развлекаться. У меня есть цели, от которых я не отступлюсь, и я предлагаю, чтобы вы и дальше смотрели и сравнивали методы, которым я обучилась в столице, и методы ваших лекарей. Делали выводы, а потом, может, и поддержали меня. Поверьте, худой мир лучше доброй ссоры.
Вдруг Лейн сощурился и пронзил меня взглядом глаз-кинжалов.
"
"– Какая-то вы странная, нейра Эллен. Настырная, нахальная и совершенно бессовестная. Скромные выпускницы так себя не ведут. Или я все-таки плохо знаю магичек? – он потер подбородок, заросший неопрятной щетиной, и усмехнулся.
Я пытала его еще несколько минут. В конце концов мне удалось добиться того, чтобы за мной, как и за всеми остальными практикантами, были закреплены свои больные. И чтобы Ойзенберг не тянул к ним свои грязные ручонки.
