– Операции на матке часто заканчиваются смертью, слишком много сосудов. Слишком высок риск заражения, – вещал Брайтен. Хорошо, что Диди спала и всего этого не слышала! – Вы сейчас пошли на риск, нейра. Ойзенберг будет капать на мозг Лейну, пока тот вас не выгонит.
– Меня не так-то просто выставить за дверь. Если что, через окно вернусь.
Я уговорила Брайтена надеть запасные перчатки и тоже обработать руки. А вот Ойзенберг, посмеиваясь, что-то нашептывал практикантам. По сути, ему было плевать на жизнь пациентки, все те, кто не приносил гильдии достаточно денег, были этаким тренировочным материалом для натаскивания новых лекарей.
Да и к смерти в этом мире относились спокойнее, потому что «на все воля богов». А гибель младенца или роженицы вообще не вызывала ни у кого удивления. Но Диди я никому не отдам, вытащу эту женщину, чего бы это ни стоило.
Меня все еще трясло, стресс волновал скопившуюся в теле магию, но я ужасно боялась навредить и не знала, с какой стороны подступиться, куда ее направить. Тем более, лекари госпиталя не маги, для них интересней и полезней обычные манипуляции.
Мы вскрыли кожный покров, жировую клетчатку, раздвинули мышцы. Брайтен держал края раны большими зеркалами, я работала. Крови становилось все больше, на крупные сосуды я ставила зажимы.
Удаление органа – филигранная работа. Подобно исполнению симфонии на скрипке, когда одно неверное движение – и все пропало.
– Нейра, вы как будто всю жизнь этим занимались, – произнес Брайтен с уважением. – Знал я одного лекаря, он в другом городе трудится.
Так вот, этот умелец так лихо удалял матки, сделать операцию для него – это как салат на ужин настрогать. Правда, выживала только половина его пациенток.
Я перешла на магическое зрение, чтобы убедиться – заражения нет, в опухоли не успел начаться некроз. Ох и размеры у нее были, конечно!
– Ого, ничего себе! – присвистнул Дэрин, почти засунув нос в рану."
"– Подай лучше еще один зажим, – велела я парню. – И будь готов вскоре принять удаленный орган.
Нежно, осторожно, там шовчик, там разрез – шаг за шагом я приближалась к финалу.
И вдруг что-то пошло не по плану: кровотечение никак не желало останавливаться, зажим соскальзывал, сосуд рвался. Вот засада!
Спина взмокла от пота, шея разболелась, в ушах сумасшедше стучал пульс. А кровь все лилась и лилась. Брайтен рядом со мной ощутимо нервничал, Ойзенберг самодовольно посапывал, практиканты шептались.
– Эл, ты же маг, ну! – пискнул тиин. – Добавь немного магии, иначе я тебя тресну.
