Поэтому с Айлин неудачный пример, — баронесса хотела что-то возразить, встрепенулась в моих руках. Я сжал ее сильнее и сказал: — Давай договоримся так: я посмотрю, какие у тебя есть таланты, и возможно, смогу чему-то научить. Только не сегодня и вряд ли завтра. Завтра сама знаешь какой день…"
"— Да, — отозвалась Евстафьева. — Знаю. Завтра похороны твоей любимой Айлин. Вернее, ее физического тела, как ты выражаешься. Я все понимаю, Саш. Мне грустно и больно. Только больно не этому чертову пальцу! — она подняла перевязанную ладонь.
— Больно не пиз*е и жопе, а здесь, сука, больно! — баронесса смяла ткань у себя на груди, обнажая оба соска. — Бл*дь, хочется курить и напиться, — она с горечью вздохнула и отошла от меня на пару шагов.
— Ладно, если ты меня не можешь научить хоть немного магии, то пообещай, что пойдешь убивать Варгу и Лешего вместе со мной! Я должна там быть! — сказала она, повернувшись ко мне спиной и глядя в сторону пожара. — Очень хочу приложить руку к их смерти. Вот эту самую! — она снова приподняла левую, обмотанную тканью, через которую проступила кровь.
— Черт! Талия, ты не понимаешь, что сходить, поквитаться с ними — это не что-то вроде будничного похода в магазин. С «волками» может случиться все стихийно и повернуться самым неожиданным образом. Я не могу тебе такого обещать.
— Трахнутый Елецкий, ну почему ты мне почти всегда отказываешь! Как же тяжело с тобой! Ты вроде друг, но все время за какой-то стеной! Ты все время прячешься от меня! — она всхлипнула, и оттолкнула мою руку, когда я попытался ее успокоить.
— Талия, не сердись. Я не за стеной, а здесь с тобой. Спешил к тебе изо всех сил и очень переживал, — сказал я. — Вполне понимаю силу твоего желания отомстить им, но в этом вопросе невозможно давать обещания. Давай так: если будет такая возможность, то я сделаю так, как ты просишь. А нет, то извини — не вышло. Могу лишь точно пообещать одно: я приложу все силы, чтобы уничтожить этих мерзавцев и положить конец их банде.
Но сейчас не время обсуждать. В первую очередь тебя нужно показать хорошим врачам. Сейчас скину сообщение Евклиду Ивановичу… — я поднял эйхос.
— Нет! — запротестовала Талия. — Не вздумай ему ничего говорить!
— Но это придется сделать. Мы могли бы справиться без него, например, я бы попросил забрать нас отсюда графа Сухрова, — я подумал, что из всех знакомых-товарищей только Еграма уместно просить о такой непростой услуге, как ночной визит к Шалашам.
